Зайцев Никита Владимирович
Зайцев Никита Владимирович
06.02.1956 — 23.08.2000

Зайцев Никита Владимирович — Биография

Ники́та Влади́мирович За́йцев (прозвище: «Зо́льцман»; 6 февраля 1956, Ленинград — 23 августа 2000, Санкт-Петербург) — советский и российский рок-музыкант, гитарист и скрипач. Наиболее известен по выступленниям с группой DDT. «Человек в плаще и скрипке».

Первые годы

Никита Зайцев родился в Ленинграде.

Я, в общем-то, никогда не был в мире рок-клуба, но все равно всех знал, через того же Борю Гребенщикова, с которым мы были почти соседями. Он жил от меня где-то в паре трамвайных остановок. Из Московского района, где я жил, вообще вышло много известных людей. Например, Сережа Курехин жил буквально напротив меня. И у нас была такая традиция, что все приходили ко мне и слушали пластинки, поскольку у меня была большая коллекция. В частности, Боря тоже приходил послушать или же приносил какие-то свои. Мы вместе ездили на «сейшны», где я играл с Санкт-Петербургом, и он тоже пел несколько песен под гитару.

— Никита Зайцев

В ноябре 1972 года перед серией выступлений в ломоносовским «Манеже» в группе «Санкт-Петербург» появился шестнадцатилетний виртуоз, скрипач и гитарист Никита Зайцев, до этого отыгравший год в Военмехе с «Гуслярами». Он ещё учился в школе, ошеломительно играл на скрипке и с не меньшим энтузиазмом занимался хоккеем. Его привёл старший брат Сергей, спортсмен и меломан, но, тем не менее, сам не музыкант. Весной 1972 года «Гусляры» удивили своих слушателей, устроив театрализоваванное представление на факультете «Н»: музыканты оделись в кафтаны петровских времён. Летом 1972 года Никита Зайцев уехал на спортивные сборы, но после в группу не вернулся, а в октябре был приглашён в «Санкт-Петербург». Никита Лызлов, участник «Санкт-Петербурга», ставший куратором Никиты, помогал ему готовиться к школьным экзаменам.

В декабре 1973 года Николай Корзинин, Виктор Ковалёв и Никита Зайцев, отыграв запланированные концерты и разделив аппаратуру, покинули «Санкт-Петербург» и, пригласив за барабаны Михаила «Майкла» Кордюкова, организовали «Большой Железный Колокол». Они дебютировали в новом качестве 25 декабря на сцене ДК им. Свердлова.

Дело в том, что в данной истории с распадом Никита Зайцев, самый молодой из музыкантов, своими безудержно-экспрессивными пассажами, порой чересчур сумбурными, вносил в бесхитростную, во многом традиционную фактуру музыки «Санкт-Петербурга» инфернальные интонации. Рекшан пытался время от времени хоть как-то сдержать это стихийное звукоизвержение, направить его в более рациональное русло, но безрезультатно. Зайцев не терпел ограничений, обретая по мере роста своего мастерства все большую свободу. Без такой скрипки Санкт-Петербург уже не воспринимался полноценно, тем более что Рекшан был все-таки в большей степени ритм-гитаристом, чем лидером. Очень высоко котировалось знакомство с Зайцевым, благодаря ему можно было проникнуть на репетицию и приобщиться к таинству, тем более Никита охотнее других шел на контакты. Однажды, на концерте в Военмехе, Рекшан не выдержал и, не дожидаясь конца зайцевского соло, подошел к усилителю и выключил инструмент. Зайцев несколько секунд ещё дергал смычком, потом в ужасе оглянулся, и когда до него дошло, что он стал жертвой рекшановского произвола, то ушел, трясущийся от ярости.

20 января 1974 года группа «БЖК» приняла участие в полуподпольном рок-фестивале в ДК им. Орджоникидзе, который организовали Юрий Белишкин, Василий Царёв. На протяжении зимы «Колокол» дал серию концертов в клубе Главной Водонапорной Станции. В начале лета «Большой Железный Колокол» чуть ли не ежедневно приглашали на выпускные вечера. В октябре 1974 года по линии ЛДХС устроились играть на танцах в доме культуры посёлка Левашово. Программа состояла из двух отделений: в первом игралась всякого рода эстрада и прочий официоз (типа танца конькобежцев), а во втором — собственный материал. Параллельно они играли на сэйшенах в городе — самые нашумевшие случились в ноябре, когда дважды выступили в банкетном зале на улице Бабушкина вместе с «Ну погоди!», «Гольфстримом», «Россиянами» и «Аквариумом». В феврале 1975 года Корзинин, Ковалёв, Зайцев, Ольга Першина и Ростислав Панфилов уволились из Левашово. 26 февраля они сыграли на одной из «Музыкальных Сред» композитора и музыковеда Абрама Юсфина в Доме Композиторов.

17 марта 1975 года «Большой железный колокол» в составе: Корзинин, Ковалев, Зайцев, Владимир Козлов (гитара, «Союз любителей музыки рок») и Ростислав Панфилов (саксофон) выступает в Таллинне в официальной программе Дней Молодёжной Музыки, где его снимает местное телевидение, «Колокол» спел перед телекамерами песню «Позволь», но цензура не позволила выпустить её в эфир: у Корзинина были слишком длинные волосы и оператор показывал только его руки и грудь, а Зайцев играл с закрытыми глазами. С марта по май играли на танцах в Арктическом Мореходном Училище. Ещё одна крупная акция состоялась 7 мая, когда они вместе с «Авророй» дали концерт в Доме Архитекторов. В июне 1975 года «Большой железный колокол» переехал в ДК «Детскосельский» в Пушкине, однако, условия администрации не устроили музыкантов и они, не выступив там ни разу, перебрались в Понтонную, где и играли до сентября.

В октябре 1975 года группа по предложению Александра Златкина определяется на работу в Красноярскую филармонию и некоторое время выступает под названием ВИА «Енисейские зори». Помимо Корзинина, Ковалёва, Зайцева, Панфилова и Златкина, ВИА насчитывал двух певцов, ещё одного гитариста, тромбониста и трубача. За следующие полгода они объездили весь Красноярский край от Хакасии до Норильска, в первом отделении аккомпанируя эстрадным певцам, а во втором исполняя собственные песни и несколько номеров «Jethro Tull», на полдороге от Канска к Ачинску уволили Златкина, а в апреле 1976 года вернулись в Ленинград и устроились играть в посёлок Коммунар под Павловском. Весной и летом несколько раз выступали на сэйшенах (в частности, на проспекте Энергетиков с группой «Саша-218»), лето провели, играя на танцах в Русско-Высоцком (где к ним вновь присоединился Златкин) и думая, как жить дальше. В августе 1976 года кабацкий гитарист Борис «Боб» Белявский предложил им работу на турбазе на горе Чегет.

В 1976 году Никита Зайцев оставляет группу, и она распадается. Три месяца дела шли неплохо, однако, потом одна за другой начали возникать неразрешимые проблемы: в октябре Зайцеву по семейным причинам пришлось вернуться домой. Там он устроился работать к эстрадной певице Таисии Калинченко, потом играл в ресторанах, ещё позже уехал в Москву и попал в группу «Цветы». Работал в Ленконцерте, сотрудничал с музыкантами группы «Добры молодцы».

Тем не менее, Корзинин предпринял попытку собрать новую группу, в которой с ним опять играли Зайцев и Сергей Курёхин, а также коллеги последнего по «Гольфстриму» Сергей Белолипецкий (гитара, вокал) и Владимир «Гриня» Грищенко (бас-гитара). 17 марта 1977 года они дали свой единственный концерт, выступив в абонементе Владимира Фейертага в ЛЭТИ вместе с группой «Зеркало», после чего разошлись в разные стороны: Зайцев оказался в очередном ресторане.

В конце 1977 года Геннадий Барихновский, Юрий Бушев и Юрий Степанов объединились с Никитой Зайцевым и Николаем Корзининым под вывеской «Неофициальный визит» (или «Мифический колокол»), но после своего единственного концерта эта супергруппа распалась.

1980-е

В 1981 году в «Группе Стаса Намина» играли Владислав Петровский (клавиши), Юрий Горьков (бас-гитара), Никита Зайцев (гитара и скрипка), который владеет, кажется, любым инструментом, известным Союзу композиторов, Сергей Дюжиков (гитара, вокал) и Александр Крюков (ударные). Так же Намин опять взял в состав Александра Лосева (бас-гитара, вокал). Группа Стаса Намина «Цветы» выступила на фестивале в Ереване и в завершении концерта завела публику. Журнал Time опубликовал о «Цветах» статью с положительным отзывом, и группу опять официально обвинили в «подрыве идеологических устоев страны». И фестиваль, и выступление «Цветов» стали очередной мишенью властей. В этот период давление особенно усилилось, группе опять запретили давать концерты в больших городах; а прокуратура РСФСР начала следить за её каждым шагом, расследуя, где «Цветы» достают аппаратуру и инструменты, и не скрывая цели завести уголовное дело. Это были трудные для музыкантов времена, и поэтому состав группы часто менялся. Там Зайцев находился в 1981—1983 гг. Его игру можно услышать на композиции «Пусть будет так».

Начало 1980-х оказалось для Зайцева крайне смутным временем, связанным, в частности, с его всё возраставшей зависимостью. За хранение наркотиков (статья 224 УК РСФСР) отбыл срок. На Севере учился вязать рыболовные сети. Незаконное изготовление, приобретение, хранение, перевозка или пересылка наркотических средств без цели сбыта наказывались лишением свободы на срок до трех лет. Пристрастие было всегда и на всем: «стекло» (готовая ампула с наркотиком, медицинские наркотики), «ханка» (опий-сырец, грязный наркотик с сильной зависимостью, употребляется внутривенно), гашиш, «марцефаль» (самодельные наркотические вещества, изготовляемые с применением марганцовокислого калия).

Рассказывает Владимир Рекшан: «Никитка закайфовал серьезно и сел на кокнар (наркотический напиток, отвар или настой из маковых головок), а теперь вот — на полтора года. Он был уже на кокнаре, когда его пригласили в Москву работать в известном, маститом рок профоркестре. Там здорово поиграл на скрипке и гитаре, вернувшись после в Ленинград с короткой славой и без единого гроша. Мне показывал при встрече венгерский музыкальный журнал, на обложке которого он красовался в полный рост с „Телекастером“ наперевес. Внизу обложки помещалась небольшая фотография „Лед Зеппелин“. Никитка не мог выполнить каких-то норм по плетению сетей, но сторожа узнали о былом сотрудничестве со Стасом Наминым и с сетей сняли».

В 1986 году Никита Зайцев (соло-гитара) участвует в записи сольного альбома Николая Корзинина «Камни Санкт-Петербурга».

Весной 1987 года присоединяется к DDT. Помимо лидер-гитары, играл также на скрипке. С Юрием Шевчуком Зайцев познакомился в апреле-мае 1987 года.

«ДДТ» тогда требовался гитарист, вывесили объявление, но не было ни одного звонка. Об этом узнал при общении с барабанщиком Игорем Доценко Геннадий Барихновский, который сказал: — А возьмите-ка вы Никитка, — он как раз из тюрьмы вышел. — Как из тюрьмы?!! — опешил Доценко. — Да припаяли «наркоту». Статья «дважды два — четыре», то есть 224. Он классный гитарист и скрипач, играл в «Санкт-Петербурге» у Володи Рекшана. А как делает ритм-энд-блюз, просто фантастика! Доценко рассказал о своих изысканиях Шевчуку и получил задание «выйти на связь» с этим Зайцевым. В тот момент он находился без работы, и спросил у Геннадия Барихновского из Мифов, нет ли места в кафе-варьете и т. п. Тот сказал, что нет, но есть одна группа, которая называется «ДДТ». Никита спросил с пренебрежением: «Это что, рок-клуб?» Барихновский ответил, что да, и предложил взять номер телефона. Зайцев нехотя это сделал, потому что рок-клуб всегда казался ему самодеятельностью, сборищем хиппи и неопрятно одетых людей, а себя он чувствовал другим на тот момент. Через несколько дней решил позвонить. Это был телефон Игоря Доценко. Они побеседовали, причем на все вопросы Зайцева он отвечал, что «надо посоветоваться с Юрой». Никита спросил: «Что он — царь и Бог?» Для него тогда понятием «группа» было несколько человек, которые живут одной идеей. Но очень быстро он смирился, потому что Шевчук был явным лидером. В конечном итоге, пришел на репетицию, где были Игорь Доценко, Андрей Васильев, Вадим Курылёв, Юрий Шевчук и Геннадий Зайцев, — директор группы на тот момент. Они сказали: «Старик, у нас сегодня репетиция, а завтра мы летим в Нижневартовск. Поедешь с нами?» Зайцев согласился. Далее: «А какая любимая группа?» «Роллинг Стоунз». «Нормально! Мы тебе доверяем». Особых репетиций не было. Они собрались, поехали и решили, что все посмотрят в дороге. Летели через Москву, была задержка рейса, сидели в аэропорту, учили программу, песни из которой потом вышли на пластинке «Я получил эту роль». Первый раз с ДДТ Никита Зайцев отыграл в Нижневартовске. Таким составом они начали гастролировать.

По итогам рок-фестиваля в Черноголовке 27-28 июня 1987 года среди лучших гитаристов оказался и Н. Зайцев.

Александр Бровко: «Мой хороший приятель Никита Зайцев меня познакомил с Юрием Морозовым. А потом, через полгода, я на фестиваль в качестве гитариста ездил — Никиту подменял, когда он заболел».

В конце восьмидесятых Зайцев участвует в возрождении групп Санкт-Петербург и Большой Железный Колокол (под названием «Неприкосновенный запас»).

«Санкт-Петербург» собрался в своём классическом составе (Рекшан, Корзинин, Ковалёв, Зайцев), а 1 апpеля 1987 года с триумфом выступил на «Дне Возрождения Рок-н-pолла» в ДК Железнодорожников. Там группа была поставлена в заранее невыгодное положение: они должны были открывать мероприятие, а значит, быть подавляемы в головах слушателей всеми последующими напластованиями впечатлений от ансамблей модных и более оснащенных. Но с первого же номера группа «Город» (экс-«Санкт-Петербург») выдала в зал такой взрыв энергии, что все, кто выступал после них, выглядели заметно бледнее. Музыканты вошли в такой раж, что струны на гитарах рвались одна за другой, но их старая музыкальная подготовка сказывалась даже в том, что номера не останавливались, а струны на гитарах восстанавливались по ходу игры. Дело обстояло сложнее, так как у Никиты Зайцева никаких запасных струн в карманах не водилось, поэтому за струнами бегал «освобожденный» член группы, экс-барабанщик и пианист, «Никита № 2» — Лызлов, для «Никиты № 1» — Зайцева. Музыкальный магазин хоть и был неподалеку, но все равно пробежка занимала не менее 10 минут, а останавливаться в момент исполнения номера было нельзя, поскольку могли попросту смять наступающие на пятки команды молодых рокеров, поэтому «Никита № 1» отбрасывал свою дымящуюся гитару с оборванной первой струной, хватался за свою верную скрипку и выдавал на ней такие соло, что в этот момент даже великий скрипач-джазист Стивен Графелли мог бы ему если не позавидовать, то искренно посочувствовать. Пальцы у Никиты Зайцева несколько подзакорели, так как рукоятка лесоповального топора и скрипичный смычок — это не совсем одно и то же, а когда полетела уже вторая тонкая струна, он даже не стал снимать гитару с груди, а просто перебросил её на ремне за спину. Скрипку со смычком ему поднесли, и опять Стивен Графелли начинал меркнуть на глазах. Два последующие раза, когда «летели» струны, «Никита № 1» перебрасывал гитару за спину, и Лызлов умудрялся менять и настраивать струну, находясь за его спиной и улавливая верный тон настройки в этом кажущемся хаосе звуков.

В октябре 1988 года Корзинин и Зайцев создали «Неприкосновенный запас» с участием Александра Бровко (гитара, гармоника), Юрия Иваненко (бас), Юрия Соколова (ударные), Юрия Задорова (клавишные), удачно выступив на рок-фестивале журнала «Аврора» на Елагином острове (1989). Они изредка давали концерты, сделали несколько номеров на студии ДДТ и распались весной 1993 года.

Концертировать «НЗ» удавалось нечасто: «ДДТ» в то время активно разъезжали по всей стране, поэтому Зайцев был перманентно занят по основному месту работы. Тем не менее, «Неприкосновенный Запас» несколько успел выступить в ДК Железнодорожников (в том числе, и с «ДДТ»). Раз занятого на стороне Зайцева подменял его коллега Александр Бровко.

Помимо хитов Корзинина времён «Большого Железного Колокола» они исполняли несколько новых песен, появившихся непосредственно в «НЗ», однако, записать на Студии ДДТ им удалось всего три или четыре номера, в том числе знаменитую «Пасху». В начале 1990-х годов две песни группы вышли на одной из пластинок так называемой сигнальной серии, издававшейся питерским отделением фирмы «Мелодия».

К началу 1990 года этот состав распался. Тем не менее, в самом конце 1992 года, когда Зайцев расстался с «ДДТ», они с Корзининым реформировали «Неприкосновенный Запас». В новую версию группы вошли бас-гитарист Сергей Березовой и барабанщик Александр Ерин. Группа репетировала в зале при бассейне «Волна» на Московском проспекте и на протяжение зимы-весны сыграла ещё несколько концертов, в частности, в феврале 1993 года, вместе с ДДТ, Алисой и Храмом мира, приняла участие в концерте в «Юбилейном», посвящённом очередной годовщине вывода советских войск из Афганистана. К сожалению, подготовка нового репертуара «НЗ» застопорилась из-за проблем с наркотиками и, как следствие, со здоровьем у Никиты Зайцева. Он перестал появляться на репетициях, а вскоре и сам «Неприкосновенный Запас» распался.

Зайцев играл с ДДТ как участник группы на альбомах Я получил эту роль, Оттепель и Пластун, Это всё, Мир номер ноль, Метель августа.

У ДДТ случились гастроли в Воронеже. Никита Зайцев с Андреем Васильевым, вероятнее всего, «перебрав» вечером, утром проснулись, подошли к зеркалу и очень не понравились сами себе. В результате шкаф, в который было вмонтировано зеркало, был выброшен из гостиничного окна. В это время (на дворе ещё стоял социализм) мимо проезжал болгарский посол. И шкаф не нашёл ничего лучшего, как рухнуть на машину посла, разворотив ей весь капот.

По свидетельству Александра Ляпина, они играли в «Чайн-клабе» — самом популярном и престижном клубе Лос-Анджелеса. Туда бесплатно приходят поиграть Стиви Уандер, Дэвид Ли Рот. «ДДТ» тогда ещё не прилетели, были только Шевчук и Никита Зайцев. Это было самое удачное выступление из многих других.

20 февраля 1990 года в БКЗ «Октябрьский» ДДТ в составе: Юрий Шевчук — Михаил Чернов — Никита Зайцев выступили на благотворительном концерте памяти Александра Башлачева, сыграв «Дороги», «Пластун», «Прекрасная любовь».

Рассказывает Андрей Васильев: «Один раз Чума привез клетчатую кепку из Франции, отдал её мне и говорит: — Мы с Андрюхой Шаталиным решили учредить переходящий вымпел струнно-щипкового цеха и первым обладателем будет Зольцман, он же Никита Зайцев. Никиток аж прослезился: — Демоны тряпичные, вы что творите? У самих тентель набекрень, так ещё и мне хотите сбить последнее? Но с кепкой той не расстается и только улыбается, когда просишь его показать фотку. Как раз в этой кепке Никитка и поехал в Америку, как он сказал, пробивать фишак. Круче цирковой репризы, я лично не слышал».

Никита, с его слов, подсадил в 1990 году половину Гарлема в Нью-Йорке на «марцефаль». Приехав в Нью-Йорк и заскучав, спокойно купил в аптеке эфедрин гидрохлорид в кристаллах, грамм сто. Нашел в супермаркете уксус, зашел опять в аптеку за марганцовкой, но в США калия перманганата не отказалось. Зайцев обегал почти весь Нью-Йорк, ему объяснили, что здесь нет, не было, и не будет. И кто-то надоумил питерского рок-музыканта поехать в Бруклин и посмотреть марганцовку в русской аптеке на Брайтон Бич. Там оказалось все — любые русские лекарства советской эпохи, причем не только из СССР, но и дружественных стран, типа Венгрии и Болгарии. Никита купил марганцовку и поехал готовить «марцефаль» к себе. Заболтал, принял дозу, шприц тоже было не так просто купить, а чтобы достать большой, какой нужен («марцефаль» требует воды) надо было побегать. Но Никита все смог проделать быстро и успешно. Скучно стало одному. «Марцефаль» — коллективный наркотик. Хотелось со всеми вокруг поделиться своей радостью. Никита пригласил негра — красивого, большого ростом. Приняли вместе. Негр попросил ещё. Затем привел товарища. У Никиты было 100 грамм, это много, грамма хватает на несколько человек на пару часов. Сто могло бы хватить дней на 20 на компанию. Им хватило на пару дней. Но зато «кайфовал» весь Гарлем. Такого праздника в Гарлеме не знали. Добрый русский угощал всех мистическим кайфом, лучше амфетаминов и кокса. «Крэка» тогда ещё не знали, страшные крэковые притоны появятся в Нью-Йорке позже. Два года после ещё говорили о русском чудаке, который подсадил на неземной кайф негров в Гарлеме.

Первая половина 1990-х

В 1990 году Никита Зайцев присутствовал на концерте, посвященном 10-летию группы ДДТ, снятом на видео под названием «Старая дорога». Он играл вступление на скрипке, под легкий гитарный фон, по звуку где-то на природе. Песня «Старая дорога» — с той же записи. Много лет позже её переделали и выпустили для альбома «Единочество II. Живой», она стала называться «Кладбище», и скрипки Зайцева там уже не было. Реже всех в 1991 году он появлялся на студии «Видеофильм» в Москве и записывал в основном свою электро-скрипку, подаренную Стасом Наминым. Никита уточнял: «В свое время я работал в группе Цветы у Стаса Намина. Это были мои лучшие годы, проведенные на сцене. Вообще обожаю эту группу. К Намину у людей разное отношение. А Фрэнк Заппа как раз дружил со Стасом. Они действительно, очень тепло относились друг к другу. Ездили в гости. И вот однажды при очередном просмотре видеоматериала Цветов Фрэнк Заппа увидел, как мучаюсь я с разными датчиками. И далее он со слезами на глазах наблюдал, как Никита Зайцев что-то пластилином прилепляет-мастерит, — знать, больно хитрое звуковое устройство для озвучивания простой скрипки. После этого Фрэнк передал для меня в подарок эту белую электрическую скрипку. Она, как и электрогитара, не имеет деки, а только контур, датчик, который снимает звук, и вход для шнура „Джек“. Больше ни у кого такого инструмента в Питере не видел».

В 1991 году Зайцев поучаствовал в качестве скрипача и соло-гитариста в записи музыкального проекта бывшего клавишника группы Мифы Юрия Степанова «Gypsy Love». Альбом этот так и не был издан, и Степанов не увидел треки на будущем сборнике памяти Зайцева «Послезвучие», так как 16 июля 2010 г. умер в лондонском госпитале Чаринг-Кросс от скоротечной и неизлечимой болезни.

В 1991 году Михаил Новицкий начал создавать альбом «Я урод». Однажды музыканты Николай Корзинин, Никита Зайцев и Евгений «Жак» Волощук подарили свое студийное время. Инициатором записи был Корзинин. Остальные не только не возразили, а наборот, приняли активное участие. Волощук работал звукорежиссёром, а Никита вдохновителем и советчиком.

В 1991 году Владимир Кузьмин дал в Днепропетровске концерт, прилетев из США с молодой американской женой, игра была замечательна тем, что вживую, без фонограммы, с массой знаменитых музыкантов в коллективе (Никита Зайцев на скрипке, Александр Бах — на барабанах).

В связи с проблемами со здоровьем в середине 1990-х гг. Зайцев некоторое время выступал с ДДТ нерегулярно, в качестве сессионного музыканта.

К общему великому сожалению из группы уволен Никита Зайцев — работать с ним становится невозможно. Придуманное им знаменитое соло в песне «В Последнюю Осень» на записи сыграл Саша Бровко.

— Вадим Курылёв

Были периоды, когда я из группы уходил — то в вынужденный отпуск, то на больничный. И так это и продолжается, все привыкли. За 12 лет сотрудничества я, наверное, раз пять уходил и приходил.

— Никита Зайцев

Юрий Шевчук: «Когда я принес „Что такое осень“, Андрей Муратов сразу закричал: „Попса!“. Да и Игорь Доценко: „Что за твист такой? Мы твисты не играем!“ Говорю: „Вы не понимаете! В ней есть настроение!“ И поддержали меня Никита „Зольцман“ с Худым. Зольцман сказал: „Они не понимают, маленькие!“ И мы втроем взяли клавишные и стали аранжировать. Потом и эти подтянулись».

В 1992 году Никита Зайцев участвует в записи альбома группы Алиса — «Для тех, кто свалился с Луны» (скрипка в песне «Кибитка»).

Зайцев присоединяется к Анонимным Алкоголикам. Участвует в записях и концертах групп Чиж & Co, Полковник и Однополчане.

Шевчук прокомментировал отсутствие Зайцева в программе «Черный Пес Петербург»: «Поправится (сейчас вместо него Саша Ляпин играет), будем работать с ним».

Июль 1993 года. Никита Зайцев дает сольные концерты в ресторанах Калининграда.

В категории «Special guests» Зайцев сопровождал группу Валерия Белинова, «Belinov Blues Band», во время выступлений в Санкт-Петербурге. Никита участвовал в проекте «LedZeBelinOff» образца 1993 года. На бас-гитаре Олег Тархов, на ударных — Йоэль Гонзалес. Они вместе выступили в клубе Таксистов около храма Спаса На Крови осенью 1993 года.

После того, как в начале 1990-х в Санкт-Петербурге начали появляться клубы, Никита работал везде и со всеми, где ему было интересно.

23 декабря 1993 года в составе ДДТ играл на скрипке на акустическом концерте в БКЗ «Октябрьский».

В 1994 году он был привлечен как скрипач-солист в процессе создания альбома ДДТ "Это всё, исполнил партию электро-скрипки в песнях «Четыре окна» и «Белая ночь» (второе соло).

Одно время по стечению обстоятельств я отсутствовал в группе, не выступал, уезжал за границу — со здоровьем не все было в порядке, лечился. А группа работала, находила мне альтернативу: гитариста, скрипача. Люди были хорошие, но в коллективе почему-то не приживались. Тогда замену «нашли» в лице Вадима Курылева; он с бас-гитары перешел на шестиструнку, его, как шутили в группе, повысили на две струны. На бас взяли Игоря Тихомирова.

— Никита Зайцев

Курылёв так описывал те времена: «В первый период сотрудничества, то есть 1987—1991 гг., Никита был наиболее яркой фигурой на сцене из всех музыкантов группы, и никаких разногласий с ЮЮ на этот счет у него не было. Разногласия были по другому поводу, а именно: зависимость Никиты от сильных наркотиков. В конце концов с ним пришлось расстаться. В дальнейшем Никита не раз появлялся в составе ДДТ, но уже как приглашенный, вводный музыкант — солирующий скрипач. Он был прекрасным украшением группы, но мы должны были иметь возможность играть и без него, в случае чего. А случаев бывало предостаточно. Он то лежал в больнице, то уезжал в наркоманские реабилитационные центры, то ещё что-нибудь с ним случалось. В долгие тяжелые турне ездить он не мог, много репетировать — тоже. Поэтому в концертной программе ему отводились отдельные номера на наиболее ответственных концертах в столицах. Он выходил и импровизировал — уж это умел!».

Вторая половина 1990-х

25 июня 1995 г. Никита Зайцев (скрипка) выступил на концерте 15-летия группы ДДТ на стадионе «Петровский» в Санкт-Петербурге. Его игру можно услышать и на альбоме «Периферия» в серии «Переиздание XXI век», в конце бонус-трека под номером 8.

Анатолий Скляренко, гитарист из группы «Бригадный Подряд», вспоминал: «В 1995 году я поступил в „музыкально-гуманитарный колледж“ на „эстрадную гитару“. С педагогами повезло: Михаил Чернов, Никита Зайцев и его старый приятель по группе „Цветы“ Володя Гапонов». Хотя Зайцев недолго учил Скляренко играть на гитаре.

Иногда Михаил Чернов со своим комбо объединялся на сцене с Никитой Зайцевым, и они играли джаз.

В 1997 году Никита Зайцев (гитары, скрипка), как главный аранжировщик, принял участие в записи альбома группы Санкт-Петербург «Классика». Его гитарное и скрипичное исполнение присутствует также на альбоме «Живьём!», изданным лейблом АнТроп в 2003 году. Кроме того, скрипка и гитара на альбоме «Революция» 1997 года, переизданного в 2003-м.

В 1997 году Зайцев был приглашен на запись альбома группы Чиж & Co «Бомбардировщики», скрипка в песнях «Под звёздами Балканскими», «Бомбардировщики», «Жёлтые листья».

На фестивале «Rock Fuzz» '97 в Санкт-Петербурге во Дворце Спорта «Юбилейный» в состав группы «Полковник и Однополчане» вошел Никита Зайцев — скрипка. В 2000 году в клубе «Зоопарк» играл состав: Алексей «Полковник» Хрынов, Сергей «Чиж» Чиграков, Никита Зайцев, Евгений Баринов. Зайцева Хрынов уважал безмерно. В 2007 году «Полковник» вспоминал: «Когда я в Питер приезжал с какими-то выступлениями, если даже никого нет, Худой куда-то уехал, Чиж где-то на гастролях, меня поражало, что Никита Зайцев (он же далеко не в центре жил) пёрся через весь город. Он тогда уже серьёзно болел, но выступал со мной. Я ему всю жизнь останусь благодарным за это. Одна из песен в альбоме „Зато Как Погуляли“ посвящена как раз Никите Зайцеву. Я никогда сроду не писал эпитафий и поминальных песен, но эта песня просто пришла сама. Я был в какой-то полудрёме, тоже в дороге, на машине ехали, стояли в какой-то пробке на подъезде к Москве, и так вот что-то навалилось, и записал на какой-то накладной, на обратной стороне. Мы никогда не исполняем эту песню на концертах, она только записана и всё. Никита — человек достаточно спонтанный, то есть ему не нужно сидеть и разучивать партии. Выступление с Никитой выглядело примерно так, он спрашивает: „Ну, давай, давай, покажи-ка мне, чего мы будем играть-то?“ Я начинаю играть первую песню, первый куплет и припев спел. „Всё, хорош. Так, дальше“. Играю следующую песню, куплет и припев. „Всё, хорошо. Дальше“. Так он по куплету и припеву послушает: „Если тебе нужно моё соло — сделай шаг от микрофона назад. Как нужно, чтоб я заканчивал — шагай вперёд“. Он сыграл просто гениально! Это было вообще первое наше совместное выступление, как раз в „Юбилейном“».

21 ноября 1997 г. Никита Зайцев сыграл на скрипке в песнях «Прекрасная любовь» и «Ленинград» во время программы Юрия Шевчука «Акустика» в питерском БКЗ «Октябрьский».

С 1995 г. Ольга Першина создавала и выпускала для радиостанций Санкт-Петербурга синглы с Рождественскими песнями (обычно включающие по два-три номера). Поначалу они звучали на английском, но в 1998 г. Першина вернулась к русскому языку. Как и прежде, в работе над синглами участвовали многие известные в городе музыканты, в том числе и Никита Зайцев.

Вместе с Юрием Шевчуком ездил по некоторым городам России зимой 1998 года, в рамках акустических концертов «Я заполучил эту роль».

В 1998 году он смог вернуться в ДДТ и войти в новую программу «Мир номер ноль», а также одноименный альбом, плотно работая с группой и придавая шизоидно-интеллектуальный оттенок её «рашн-индастриалу». Электро-скрипка Никиты звучит в композициях «Он», «Музыкальный образ-2», «Расстреляли рассветами». Шевчук отметил: «Никита Зайцев опять с нами, и я надеюсь, теперь навсегда. Со своей скрипкой тоже отвечает за образную музыку».

По свидетельству самого Зайцева, «были серьезные проблемы в жизни с алкоголем, наркотиками. Дело в том, что я был молод, когда к этому зелью пристрастился, это было настолько доступно в те годы. Любая химическая зависимость не дает возможности человеку трудиться на два фронта: надо, допустим, или пить, или работать. Болезнь, которая берет свое. Передо мной встал выбор: то ли я занимаюсь своим любимым делом, то ли продолжаю медленно гробить себя, как тысячи тысяч известных и безызвестных людей. Огромный толчок для переоценки прошлого дал опыт Эрика Клэптона, группы Аэросмит, с которыми мне приходилось пересекаться именно по этим вопросам. В мире есть такое движение — „Анонимные алкоголики“ — очень мощное, состоящее из системы двенадцати шагов, гениальных предложений, как освободиться от алкозависимости. Оно дает шанс вновь вернуться к трезвому образу жизни. Сейчас все хорошо. Возникла сразу масса творческих планов, вариантов поработать на студии. Пишусь с одним, с другим, меня приглашают. То есть жизнь вошла в свое русло, и я от неё черпаю энергии все больше и больше. Не хватает даже времени, чтобы объять все, приходится выбирать. В ДДТ сейчас вообще абсолютная трезвость, никто ничего не принимает и не пьет. Единственный наркотик — это курение табака, и то некоторые пытаются бросить курить. Я считаю, что в мире сегодня есть хорошая мода — на трезвость и некурение. Раньше было движение хиппи (цветы, галлюциногены, грезы и т. д.). Может, оно внешне и доброе, но подоплека его несла много бед и горя. Бог изначально придумал Адама с Евой трезвыми; значит, это и есть неописуемый кайф — жить в трезвости. А убить себя — легче всего. Я не собираюсь этого делать. Сегодня я трезв, а дальше — посмотрим. Так говорят у нас в движении».

19 июня 1997 года в минском ДК железнодорожников проходил «Фестиваль хорошей музыки». Многие белорусские рок-н-ролльщики пошатнулись вместе со своими стереотипами. Речь идет о потрясении, которое получила публика во время сольной программы Зайцева, «маэстро электродуши». Никита вспоминал важную вещь: «Юра Шевчук иногда просто добивал меня буквально за минуту до концерта своей коронной фразой: „Ну, Никита, первый звук ДДТ сегодня принадлежит твоей скрипке. Как ты начнешь, так мы и сыграем“. Это ж надо — такой груз на меня возлагать. Ответственность, конечно, приятная, вот и старался, как мог. Не считая моей кропотливой работы в ДДТ, судьба давала возможность играть с Сергеем „Олди“ Белоусовым (Комитет охраны тепла).

Зайцев, игравший с „Олди“ в Рок-клубе в 1997-м году, перед концертом сказал: „Я думаю, все будет чудненько. И даже если не будет чудненько, то все равно все чудненько!“.

Потом записали альбом с группой Санкт-Петербург, но не путайте с киселевским одноименным проектом. Я говорю о команде выпуска 1972 года. Её лидер Владимир Рекшан недавно собрал меня, остальных старичков с важной целью: мы должны были зафиксировать первый студийный материал за 27 лет существования».

В 2000 году Зайцева пригласили записываться в альбоме группы Pushking «Keepers of the nature and art» (скрипка в трех композициях, таких как «My reflection after seeing the Shindler’s list movie»). Никита, когда услышал окончательный вариант, сказал: «Я так счастлив, что мне довелось сыграть в таком проекте». Заглавный номер альбома был посвящён памяти умершего незадолго до начала записи Андрея «Дюши» Романова — по печальной прихоти судьбы, для Зайцева эта работа, фактически, тоже стала последней.

В последние месяцы жизни выступает в рамках созданного в Минске «Театра Никиты Зайцева» с «Никита Зайцев Бэнд». 2 декабря 1999 года представил свою дебютную программу «Пять пар рук» в качестве одного из руководителей. Автором идеи стал белорусский продюсер Иван Полонейчик. Зайцев замечал про ДДТ и собственные дела: «В этом году я оказывался несколько раз не вместе с ребятами: стечение обстоятельств — лежал в больнице с желудочным кровотечением, было прободение язвы двенадцатиперстной кишки. Творческих разногласий нет. Если честно говорить, то собой как музыкант не очень доволен. В каком смысле: я человек консервативный и много лет в своей жизни отдал ритм-энд-блюзу и блюзу в частности, упустил современного, того, что происходит в музыке сейчас. Огромный пласт джаза. В последнее время часто сотрудничаю с таким великолепным, гениальным саксофонистом Михаилом Костюшкиным. У нас с ним сложилась определенная программа, мы вместе думаем, ищем что-то новое, может быть, даже авангардные формы фанка, фьюжн в более современном звучании. Пытаюсь наверстывать.

У меня уже такая группа была, мы её расшифровывали и как Никита Зайцев, и как Неприкосновенный запас. Теперь в этом проекте больше Никиты Зайцева, чем „неприкосновенного запаса“. Предполагается перемещение по странам СНГ, сотрудничество с самыми разными музыкантами, я себя не приковываю цепями за какое-то одно место. Есть конкретные планы: кое-что записать, например. Я уже начал это: никак не добью скрипичный альбом, посвященный памяти Шнитке. Хочется, чтобы был часа на два, не меньше. Надо окончательно утвердить проект с Михаилом Костюшкиным, передвижной, хочется съездить с ним на международные джазовые фестивали в Европу.

Я бы сказал, что все развивается больше не в смысле каких-то индивидуальностей, отдельных личностей, технарей типа Стива Вай, а в сочетании совершенно уникальных аккордов, как у Sonic Youth. Мне это очень нравится, как человеку, который был уперт в Эрика Клэптона, Сантану и Би Би Кинга, а тут вдруг услышал совершенно новые имена, и их, оказывается, масса! Мне наш гитарист Вадик Курылев постоянно записывает новинки, он в этом отношении, в продвинутости, по знаниям современной музыки, далеко от нас всех ушел. У него огромнейшая фонотека дома, и он все пишет, пишет, пишет. Но мне ещё нравится, что на этом фоне и консервативные люди тоже выплывают. Послушаешь какую-нибудь старую пластинку, Iron Butterfly, скажем, а они звучат сегодня, как будто только вчера собрались. Были такие люди, которые сочинили музыку на все времена.

Я обратил вот на что внимание: в середине восьмидесятых о приезде к нам Rolling Stones даже никто не мог и мечтать, а сейчас они приезжают, и люди друг с другом разговаривают: „Ты был на концерте?“ — „Знаешь, не было времени“. Представь себе такой разговор раньше, да!? Тогда бы я точно все продал, отдал, лишь бы сходить на такой концерт. Мы-то застали времена революционные, было о чём петь. Очень много музыки сегодня. Людей бросает в псевдоклассику, псевдорок, во всевозможные „псевдо“. А настоящего рока, конечно, маловато, хотелось бы его побольше. А, откровенно говоря, пока и сам ещё не разобрался, что происходит».

Один из сотрудников «Театра ДДТ» сказал: «Я знаю, пожалуй, только одного человека, который, даже уйдя из группы имярек, будет прекрасно себя чувствовать в ресторанах, если он хочет зарабатывать себе на жизнь. Денежные сборы и публика ему обеспечены».

Иван Полонейчик рассказывал: «Вместе с Никитой Зайцевым, известнейшим питерским музыкантом, мы придумали некое действо, которое бы осталось в памяти надолго, чтобы оно стало событием. Никита и я, большие любители блюза, решили сделать блюзовый „Театр Никиты Зайцева“. Потому что основной фигурой в нём станет именно он и проект Никита Зайцев Бэнд в составе — Зайцев плюс минские музыканты Александр Сторожук (ударные) и Николай Неронский (бас). Мы придумали в качестве дебюта три инсценировки.

Первую предложил сам Никита, она называется „Три пары рук“, в ней Зайцев будет играть на гитаре, скрипке и рояле, читать речитативом свои произведения, петь. Идею спектакля подсказал просмотр концерта Ника Кейва.

Следующая постановка называется „Вниз по Миссисипи“. Идея пришла при прослушивании блюза Рэя Кудера „Down The Mississippi“. Чтобы было совсем интересно, в постановке примут участие три действующих лица — Никита зайцев Бэнд, гитарист минской группы „Кали Юга“ Андрей Дементьев и ещё, возможно, Леонид Веренич. Сначала один гитарист просто играет какой-то блюз в заданном ему стиле и на фоне игры идет повествование, не очень длинное. Потом играет НЗ Бэнд, затем подключается следующий гитарист, опять идет текст. Помимо всего прочего, будут использованы световые эффекты, такие специальные, концептуальные, которые будет ставить в театре совершенно гениальный светоинженер Михаил Кажура.

Третью инсценировку готовит поэт Валерий Мазура».

На гитаре Никита играл в клубах (регулярно джемовал в «Fireball»), была собственная блюзовая программа.

Зайцев сотрудничал с саксофонистом Михаилом Костюшкиным, которого знали не только в Петербурге или России, но и в Европе, и США. Они с ним исполняли программу под названием «Река Оккервиль» — от названия речки в одном из районов города. Это была инструментальная музыка, «фьюжн» с элементами авангарда.

Кроме того, Никита Зайцев выступал с Михаилом Сурьиным, который записал альбом «Гончий пёс». Они играли музыку Чака Берри, Литтл Ричарда, Элвиса Пресли, Эрика Клэптона, Карлоса Сантаны. Но вопрос с поездкой в Европу на гастроли не был решен.

Иногда Зайцев выступал один, ездил в Калининград, играл на скрипке. В Минске появился на джазовом фестивале, где было много музыкантов из Германии и США.

Намечалась ещё одна программа, которую Зайцев не воплотил — приглашать таких людей, как Сергей Воронов, Александр Ляпин, Андрей Васильев. Существовал вариант с Вадимом Курылёвым, «Курылёв-бэнд», где играли Павел Борисов, бас-гитарист из ДДТ, и барабанщик Николай Першин, они периодически давали совместные концерты, даже записали черновые треки для будущего альбома, но последнее дело таковым и осталось.

Никита Зайцев считал, что через ДДТ стал более духовным человеком, посещал такие места, как Печорский монастырь, читал молитвы.

Последние выступления

Одни из последних публичных выступлений Никиты Зайцева (вместе с Юрием Шевчуком и Вадимом Курылёвым в составе группы ДДТ (альбом «Песни для друга. Часть 2», изданный в 2002 году) и с Владимиром Рекшаном и Евгением Волощуком в составе группы Санкт-Петербург) прошли 28 июля 2000 года на вечере памяти Андрея «Дюши» Романова и 2 августа 2000 года в составе группы ДДТ во дворце спорта «Юбилейный» на праздничном концерте, посвящённому дню ВДВ.

Владимир Рекшан: «Я позвонил Никите и предложил сыграть на посмертном Дне рождения Дюши Романова. Никита сказал, что болен, ему тяжело. Но постарается. Он постарался, и у нас получилось. Оказывается, он умирал. Он умер вскоре после концерта, и на этом для питерской рок-музыки закончился двадцатый век».

Никита Зайцев скончался 23 августа 2000 г. от печёночной комы в реанимационном отделении 2-й многопрофильной больницы города Санкт-Петербурга. Похоронен на Большеохтинском кладбище Санкт-Петербурга.

По словам гитариста «ДДТ» Вадима Курылёва, у Никиты была больная печень, однако врачи в поликлинике, куда обращался за помощью музыкант, не смогли поставить ему правильный диагноз и назначить нужный курс лечения. Болезнь оказалась запущенной, в результате Зайцев попал в больницу с внутренним кровотечением. Сделать операцию ему не успели — пробыв в клинике один день, Никита скончался.

Несмотря на то, что 23 августа группа потеряла своего скрипача, искать замену умершему музыканту участники «ДДТ» не собираются. «Постараемся как-нибудь справляться без Никиты», — заявил Вячеслав Евдокимов.

Последними его словами были: «Юра, оставь место мне для соло в новом альбоме…». «Метель августа» — последняя запись Никиты Зайцева с ДДТ — в песне «Подарок» он сыграл небольшие сольные вставки на скрипке. Посмертно скрипичная мелодия Зайцева из его инструментального произведения была включена в композицию «Мне снились» — злой сон из «индустриального», безумного «бита», нестерпимого для слуха и нервов, на альбоме «Единочество II. Живой».

Что касается участия Зайцева в Курылёв-бэнде, то осенью 1999 года была предпринята первая попытка записать новый альбом на репетиционной студии ДДТ на Тамбовской, но из-за создания «Метели Августа» процесс был прерван, а после, к весне 2000 года, начался переезд на новую базу. Оборудование было демонтировано, многоканальные записи песен Курылёва в компьютере стерты, остались несколько черновых вариантов трех-четырех песен. Чудом сохранилась на магнитофонной кассете запись «Белой Песни» с участием Никиты. Это единственная вещь, которую он успел сделать для альбома Курылёва, в таком виде Вадим не стал включать её в свое произведение «Дождаться Годо», сделанное и вышедшее в 2001 году. Психоделическая скрипка придает этому хардовому номеру налет авангардности, хорошо поддерживая шизоидность текста. Половина песен в альбоме должны были быть записаны при помощи Никиты Зайцева.

Владелец страницы: нет
Поделиться