Берестнев Алексей Филиппович
Берестнев Алексей Филиппович
27.06.1911 — 30.03.1998

Берестнев Алексей Филиппович — Стена памяти

Это спам

Это был мой отец, Синельников Николай Иванович. Он находился под скалами, раненый, ждал отправки на "Большую землю". На его глазах произошла эта трагедия. Говорил, это было страшное зрелище. Сильнейший взрыв и после море покрыто обломками и с красным оттенком от крови. Поэтому он считал, что там практически невозможно было выжить. Ночью его вывезли на катере в Новороссийск. Потом он также шёл по Украине, участвовал в разгроме Корсунь-Шевченковской группировки, но уже танкистом. Войну закончил в Чехословакии. А ранен был на Сапун-горе под Севастополем, будучи связистом.

Это спам

Добрый день Саша и Люда! После недавнего разговора ночью с Вами я не мог долго заснуть. Молодцы, вспомнили о том, что он практически всю войну воевал на территории Украины, защищая и обороняя Крым и не только, он немного не дошел до Кривого Рога, повернули его полк на освобождение острова. Несмотря на плен и ранения судьба его дважды забрасывала примерно в одно и тоже место. Пользуясь моментом, Вы посетили в Севастополе новую строящуюся историческую экспозицию. Отец ездил по местам своей боевой юности, примерно в 72-75 годах. Он был не только в Севастополе, побывал на реке Молочной, Перекопе, где то еще там, в сторону Никополя, т.е. проезжал, видимо в каких то экскурсиях по местам, где когда то воевал. Конечно, он не везде был, где хотелось, был уже серьезный возраст. Не знаю, участвовал ли он в боях за Херсонес, это можно установить по номерам воинских частей, но почти вся война у него прошла в Крыму. С первого дня мобилизации в июне 1941 года, все воинские формирования из Урюпинска, а здесь стояла пехотная дивизия, отправлялись только в те края. Об этом узнал из рассказов ветеранов войны, с кем встречался. После недолгой подготовки в местах формирований, воинские части отправлялись на оборону Крыма и прилегающих территорий. Таким образом, дед, Алексей Филиппович Берестнев, призванный 26 июня, в начале ноября 1941 оказался в Керчи, командиром 45-ки, «смертники», как их называли, за то что орудия были непосредственно на передовой, в составе 827 горно-стрелкового полка, а с 25 декабря оказался уже в составе десанта, там же в Керчи, до ранения в мае 1942г. Позже, с июня 1942 г., в составе 1163 стрелкового полка оборонял г. Севастополь. Куда был десантирован на теплоходе «Грузия». Теплоход вместе с десантом и вооружением был потоплен немецкой авиацией. Позже, на ветеранских встречах, я видел споры до слез и мат двух бывших соседей по жизни. Один тонул и случайно выплыл на бревне, другой, с берега видел этот ад, твердо был убежден, что живых не осталось. Это лишний раз подтверждает большое участие в обороне Крыма солдат с Хоперских краев. Спасся в этой тяжелой жизненной ситуации отец благодаря тому, что имея сержантские нашивки, он поднялся на верхнюю палубу, сославшись, что кого то ищет, так как было строжайше запрещено выдавать наличие десанта на судне. Одна из бомб прошила палубу, и взорвалась внутри корабля, разорвав его буквально напополам. Теплоход вздыбился, и отец по наитии начал карабкаться куда то по бортовым ограждениям наверх. За него цеплялись снизу, сорвали обувь, что его и спасло, спрыгнул в воду, поймал какое то бревно, успел отплыть в сторону от тонущего судна, так как потом воронка засасывала все что, плавало рядом. Живых, говорят, осталось очень мало, десятка полтора - два человек. В августе 1942 года его полк попал в окружение и плен. Несмотря на отметку в военном билете, я с трудом у него выведал об этом окружении и пленении. Всю жизнь, дед боялся репрессий и очень плохо отзывался о Смерше и штрафбатальонах. Видно ему здорово досталось после выхода из окружения. Из плена он убегал раз пять, каждый раз его ловили, жестоко били и снова отправляли в лагеря. Побеги не удавались по одной причине, плохо знал местность и продажность местного населения и полицаев. В лагерях, пленных практически не кормили, им подбрасывали через колючую проволоку продукты местные женщины. Немцы это позволяли и наслаждались зрелищем, когда пленные дерутся за тыкву,брюкву, кабачки и другую еду. Желающих убежать из плена было не так уж много, так как некоторых участников побега показательно расстреливали, но главное не в этом. Многие, просто не хотели возвращаться из-за боязни репрессий со стороны советской власти, так как уже были обижены ей в периоды коллективизации и других репрессиях перед войной. Они больше надеялись на милость врага и попадались на уговоры немцев о благополучной жизни в Германии, куда время от времени отправляли партии пленных. Кстати, родители супруги, Домны Ильиничны Бородиной в 1928-29 году были раскулачены за нежелание вступать в колхоз, были сосланы. В ссылке, мама Домны, Елена Ерофеевна Бородина умерла, причину смерти и место ее захоронения пытаюсь выяснить в архивах, пока безуспешно. Дед, Илья Андреевич Бородин, из ссылки сбежал и поселился перед войной в Беспаловке, без всякой регистрации и прав. Тогда, с/советы плохо работали, специалистов не хватало. Приехал родной отец к дочери, этого было достаточно, регистрации в архивах не нашел. Документов, подтверждающих, что он жил в Беспаловке нет никаких, могила есть, а человека нет. Тогда паспортов не было. Медаль, за доблестный труд в Великой отечественной войне есть, а человека нет. Отвлеклись немного. У отца дома оставалось двое стариков и четверо детей (Паша, Дуся, Виктор, Рая) вместе с законной женой Домной Ильиничной. Перспектива пропасть в плену деда не устраивала, поэтому он искал способы побега. Каким то образом он познакомился с местной женщиной, она поняла его, помогла с гражданской одеждой и объяснила ему в какую сторону бежать, как перейти вброд Сиваш, а это говорят 13 км, и, главное назвала фамилию какого то жителя на той стороне. Отец никого не стал уговаривать в сообщники, убежал один. Всю ночь он брел через это адское место, надежды никакой, берега не видно, ориентировался на Полярную звезду, но к утру все - таки вышел на сушу и обессиленный упал на нее. Через какое то время его штыком разбудил полицай, отец объяснил куда и зачем бредет, повезло, отпустили. А дальше он около восьми месяцев шел, только ночью в сторону дома. Днем отлеживался в копнах соломы, сена, ел сырую картошку или другие неубранные овощи или фрукты и брел, брел, но ночью. Как он ориентировался, и не замерз, где ночевал в суровые морозные дни и ночи 42-43 года не рассказывал, но в районе г. Богур Воронежской области перешел таки линию фронта. Там его, весом около 40 кг, подобрали наши, допросили и отправили в карантин. После месячного карантина и допросов отправили снова на передовую, но уже наводчиком гаубицы. Заворота кишок от еды не произошло по причине прикрепления к какой то кухне, там оказался умный пожилой повар, который его поддержал и заставил есть понемногу вначале растительного масла с черным хлебом, потом уже немного другой пищи,. И снова, с августа 1943г., в составе 6 Гвардейского стрелкового попал в Крым наводчиком, в составе 4 Украинского фронта участвовал в тяжелых боях у реки Молочная. Потом Херсонский плацдарм, Перекоп, Севастополь. Отец, чуть ли не из-за тяжелой истории с десантом и потоплением теплохода «Грузия», в 60-годы выписал историю Великой отечественной войны, 1 выпуск. Приобрел мемуары Жукова, тоже 1 выпуск, сейчас раритеты. Все искал в мемуарах маршалов признаний о бездарной сдаче Крыма, но нигде и никогда вплоть до наших дней об этом не говорилось. Сейчас в Интернете опубликована фотография теплохода и краткая история его создания и потопления. Там можно узнать, что погибло 4 тысячи десантников, и потоплено большое количество снарядов, в том числе с отравляющими боеголовками. Видимо, по этой причине был сильный взрыв, сдетонировали боеприпасы, корабль был разорван пополам, военные историки скрывают наличие снарядов с отравляющими боеголовками. Других эпизодов из военной биографии отца я не запомнил, или он не рассказывал, ведь каждый эпизод сопровождался тяжелыми воспоминаниями. Помогал ему искать этот теплоход в других мемориалах, поэтому я запомнил словосочетание теплоход «Грузия». А уже когда он умер, мне по работе пришлось встречаться с другими участниками войны, которые также воевали в Крыму, тут как бы нашло прозрение, но я опоздал. Отец достойно выполнил свой долг, после окружения и плена еще почти два года воевал, но уже в гаубичной артиллерии. Из военных наград всего две, медаль «За отвагу» и «за Победу над Германией». Да еще две благодарности от Верховного главнокомандующего за взятие Перекопа и Евпатории. Простых артиллеристов наградами здорово не жаловали. В Севастополе, в мае 1944 года, отец был снова ранен, после недолгого лечения он с августа 1944 года оказался на Центральном фронте, в районе Шауляя- Даугавы. В тех краях он встретил окончание войны. Там его отправили переучиваться на механика - водителя танка. Воевал ли он танкистом, в документах не отмечено, но в декабре 1945 года, был демобилизован по возрасту и отправлен в народное хозяйство для его восстановления. Сведения об участия отца в боевых действиях я нашел в его «Книжке красноармейца» и военном билете. Все боевые награды, включая послевоенный орден Отечественной войны и другие юбилейные медали, военный билет, Книжка красноармейца, партийный билет, трудовая книжка хранятся у меня. Извините за долгое и длинное письмо, но Ваш отчет из Севастополя заставил меня снова вспомнить отцовы рассказы. После войны наши родители Алексей Филиппович и Домна Ильинична родили еще троих детей, нас стало семеро, все мы в том числе и послевоенные я- Владимир, Петр и Василий жили в большой и дружной семье. Взрослые, предвоенные дети после окончания школ разбежались по нашему большому Союзу и работали в народном хозяйстве. Нам же, помоложе, предстояла впереди каждому своя жизнь. Отец, после войны долгое время работал механиком в МТС, была такая сельская организация, потом около десятка лет проработал председателем колхоза, трудовую деятельность закончил в 70 лет. Умер в возрасте 89 лет на руках у старшей дочери Прасковьи. Мама скончалась гораздо раньше, все таки организм ее с трудом перенес рождение семерых детей. Большой привет всей Вашей большой дружной семье из Урюпинска. «ГРУЗИЯ» госпитальное судно ЧФ, бывший груз.-пасс. т/х, ЧГМП, 4857 брт. Командир — М. И. Фокин, капитан-лейтенант. Дата и место гибели — 13.06.42, порт Севастополь, Южная бухта, вблизи Минной пристани. 11 июня в составе конвоя вышел из Новороссийска в Севастополь, имея на борту около 4000 бойцов и 1300 т боеприпасов. В море подвергся атакам авиации противника и получил значительные повреждения. На буксире у эсминца был приведен в Севастополь. На подходе к причалу Минной пристани был атакован самолетом-пикировщиком; 2 бомбы попали в судно. От взрыва сдетонировал груз боеприпасов; теплоход, разломившись на две части, затонул. Большинство людей погибло. 30 ноября 1949 г. по частям поднят АСС ЧФ и разрезан на металлолом. Басевич В. В. [1], о. 74-77; Боевая летопись [4], с. 2,85; Чикер Н. П. [38], с. 218; Под флагом Р одины [25], с.

Это спам

А.Ф. Берестнев -родной брат моей бабушки Ксении Филипповны, однополчанин моего отца И.Г. Филатова. ... дядя Леша, помним, уважаем, гордимся тобой "ВЕЧНАЯ ТЕБЕ ПАМЯТЬ!", "СПАСИБО ДЕДУ ЗА ПОБЕДУ! "

Это спам

Возможно найдется родственник участника боев из 827 горнострелкового полка

Это спам

Спасибо деду за Победу

Это спам

Всем посетителям

Это спам

мой отец, ст. сержант, Алексей Филиппович Берестнев, прошел войну с июля 1941 по май 1945 года. В основном он перенес тяготы и лишения связанные с обороной и освобождением Крыма от немецких захватчиков,тонул на теплоходе "Грузия", выплыл случайно на бревне. В Крыму попал в окружение, с трудом вышел к своим. Потом, в составе 3 гв.дивизии участвовал в освобождении Крыма наводчиком 45 мм орудия, потом наводчиком гаубицы.Награжден медалью" За отвагу" и "За победу над Германией", двумя благодарностями от Верховного за бои Перекоп.

Оставить слова памяти

Оставлять сообщения на стене памяти могут только зарегистрированные пользователи. Зарегистрируйтесь или выполните вход.
Владелец страницы: Берестнев Владимир
Поделиться