Беляева Элеонора Валериановна
Беляева Элеонора Валериановна
01.12.1935 — 20.04.2015

Беляева Элеонора Валериановна — Биография

Элеоно́ра Валериа́новна Беля́ева (урождённая Матвеева; 1 декабря 1935, посёлок Рамонь, Воронежская область, РСФСР, СССР — 20 апреля 2015, Москва, Россия) — советский и российский музыкальный редактор, бессменная ведущая программы «Музыкальный киоск», выходившей на советском телевидении на протяжении 35 лет (с 1960 по 1995 гг.). Лауреат Всесоюзной премии Союза журналистов «Золотое перо России» (1968). Заслуженная артистка РСФСР (29.10.1982).

Родилась в селе Рамонь Берёзовского района (ныне Рамонский район) Воронежской области в семье военного. Её детство пришлось на тяжелые сороковые годы, и Элеонора на всю жизнь запомнила бомбежки и голод.

В 1943 году Беляева поступила в музыкальную школу, затем в училище и наконец отправилась в Москву, чтобы получить высшее образование в институте имени Гнесиных. По образованию Элеонора Беляева — концертно-камерная и оперная певица. Беляева мечтала стать певицей, но певческая карьера не сложилась: сразу же после окончания института она потеряла голос. Сама Элеонора Валериановна считает, что лишилась главного «рабочего инструмента» из-за стресса, который пережила во время развода с первым мужем. Чтобы прокормить себя и маленькую дочь, она занималась переписыванием нот и давала уроки игры на фортепиано.

В 1952 году окончила воронежскую Центральную музыкальную школу по классу фортепиано, в 1956 году Воронежское музыкальное училище, в 1961 году вокальное отделение Московского государственного музыкально-педагогического института имени Гнесиных (ныне Российская академия музыки имени Гнесиных). Из-за потери голоса ей пришлось отказаться от певческой карьеры. С 1961 по 1994 год работала на Центральном телевидении. С декабря 1961 года по декабрь 1993 года — ведущая программы «Музыкальный киоск». На неё равнялись, учились так же непринужденно улыбаться, её манеру одеваться копировали.

Участница различных музыкальных фестивалей, ведущая концертов из цикла «Новые звёзды России» и абонементов «Звёзды классического балета». В 1984 году в паре с писателем Юрием Филиновым вела передачу «Песня года».

После закрытия «Музыкального киоска» Элеонора Беляева работала ведущей концертов и фестивалей. Когда она впервые вышла на сцену Театра имени Вахтангова, зрители дружно встали и устроили ей овацию.

Была гостем программы «Здоровье», а в 2002 году — героем программы «Кумиры».

В 2014 году была ведущей концерта лауреата международных конкурсов, пианиста и композитора Александра Бисерова.

Элеоноре Валериановне предлагали написать книгу воспоминаний о знаменитой передаче, но, сев за эту работу, она поняла, что просто не осилит её: «Надо было бы прожить ещё одну жизнь».

В последние годы Беляева редко появлялась на публике. Она жила в своей старой московской квартире, общаясь только с близкими друзьями и родными — дочерью Марией и внучкой Настей.

Элеонора Валериановна Беляева скончалась 20 апреля 2015 года в Москве в возрасте 79 лет. Похоронена в Москве на Котляковском кладбище рядом с родителями.

Семья:

Была трижды замужем. Всех мужей звали Анатолиями.

* Первый муж — знаменитый баянист Анатолий Владимирович Беляев (род. 1931), народный артист России.

* Дочь — Мария Анатольевна Беляева, художник.

* Внучка — Анастасия, стилист.

Награды и почётные звания:

* Лауреат Всесоюзной премии Союза журналистов «Золотое перо России» (1968)

* Заслуженная артистка РСФСР (29.10.1982)

Фильмография:

* 1978 — Женщина, которая поёт — член жюри конкурса (нет в титрах)

* 1982 — Путешествие будет приятным — телеведущая

_______________________________________________________________________________________

Святая к музыке любовь

Чтобы уже сегодня наполнить сердца предчувствием праздника, предлагаем интервью с ведущей концертов, заслуженной артисткой России Элеонорой Беляевой, с которой мы встретились летом между концертами во время осташковского фестиваля.

Элеонора Валериановна Беляева в особом представлении не нуждается. На протяжении 32 лет она была ведущей популярной телевизионной программы «Музыкальный киоск». Тогда, в советские годы, телевидение не изобиловало музыкальными программами, а потому в воскресный день получасовой «Киоск» смотрели многие: кто из любви к искусству, кто в ожидании пятиминутки в конце с новинками советской и зарубежной эстрады, кто – и таких было немало – любовался ведущей, утонченной блондинкой с красивой прической, в необычайно элегантных нарядах, спокойным голосом представлявшей новинки классики, народного искусства, эстрады.

Конечно, с главного дела ее жизни – «Музыкального киоска» – и начался наш разговор с Элеонорой Валериановной.

Мне снится «Киоск» 

– На телевидение я попала случайно в начале 60-х. Меня представили главному редактору музыкальных программ Владимиру Михайловичу Меркулову. Сначала немного поработала в отделе массовых жанров, потом в народном творчестве и только потом перевели на классику. А неожиданную форму разговора со зрителями о музыке «От Баха до Оффенбаха» придумал замечательный режиссер Алексей Габрилович. Он посоветовал в формате очень популярного тогда «Огонька» устроить дейст-вительно киоск с пластинками, литературой о музыке. Однако Меркулов сразу сообразил, что это отдельный, как бы теперь сказали, проект. Некоторое время я была редактором, а потом «села за прилавок». И так более 30 лет. Передача стала одним из долгожителей телевидения. Начинали с прямых эфиров, потом им на смену пришли запись и монтаж. А до цифрового монтажа программа недотянула…

– Почему? Стала неинтересна зрителям, иссяк творческий потенциал у команды?

– «Киоск» «съел» коммерческий подход. Передачу посчитали рекламной и предписали брать деньги с журналов, которые мы цитировали, со студий грамзаписи. Но классика никогда не была рентабельной! Даже как-то самой пришлось искать деньги для настройки студийного рояля. А когда узнали, что еще и за эфир платить придется… В канун 1994 года я попрощалась со зрителями: «Музыкальный киоск» закрылся, и уже не на неделю, а навсегда. А что касается команды, мне несказанно повезло: у меня были умные руководители – Владимир Меркулов и Игорь Аксельрод, со мной одновременно пришла в «Киоск» музыковед Татьяна Бакиева. У нас было фантастическое взаимопонимание. Она сейчас иногда звонит, чтобы рассказать сон: «Забыла заказать фонограмму… Пропали листы текстов для передачи». И мне снится «Киоск»: что кто-то не пришел на эфир, и мне надо выйти в эфир самой, и почему-то в пачке и на пуантах…

– К вопросу о случайности вашей телекарьеры именно в музыкальном ключе. Понятно, что в те годы специальных вузов не было. К чему вы себя готовили, где учились?

– По диплому (Гнесинского училища, между прочим) я оперная и концертно-камерная певица, повышенный курс фортепиано. Но попала я к не очень хорошему педагогу: спела диплом – и разрыв сразу двух голосовых связок. Карьера закончилась, не успев начаться. И теперь, оглядываясь назад, благодарю судьбу, что все-таки музыка, несмотря на превратности судьбы, стала делом моей жизни. А музыку любила с детства. Моя родина – Воронеж; школьная пора пришлась на послевоенные годы. Город сильно по-страдал от нашествия. Но тем не менее работали театры, в том числе и музыкальный. И вот мы с подругой Эммой Саркисян копили деньги из тех, что родители давали на скудные завтраки, покупали билеты на оперетту и знали почти все партии. А потом шли на место разрушенного до основания завода, там оставалась только часть стены толстенной кладки. И вот Эмма, забравшись на эту а-ля сцену и обмахиваясь вороновым крылом, исполняла партию Сильвы или Марицы, а я внизу бегала со старым замком – «фотографировала». Как напророчила…

– Читатели не поймут, если не спрошу, как вам удавалось на протяжении трех десятилетий быть законодательницей моды и стиля на телеэкране?

– Что-то изобретала сама, приходила в своих кофточках и юбочках. Но вообще-то у меня были замечательные костюмер и стилист. Алла Ёркина, прежде чем начать колдовать над прической, обязательно интересовалась, о чем будет программа. И в зависимости от ее содержания что-то придумывала. И, накрутив нечто сбоку или сзади, давала совет: «При подводке (текст между сюжетами) повернитесь к стеллажу, чтобы зрители увидели. Но только один раз за передачу!» Был небольшой гардероб: все же дикторам давали некоторую сумму для приобретения костюмов из кримплена в ГУМе, но у меня чаще были блузки, платья, сшитые из шелка, крепдешина.

– Как вы пережили расставание с программой, с телевидением?

– Меня спасло от депрессии только то, что в это время я переключилась на заботу о больной маме. И, только закончив работать, поняла, какую титаническую ношу мы на себе тащили: каждую неделю полчаса эфира! Однажды мне предложили написать книгу о «Киоске», о телевидении той эпохи. Но, сев за воспоминания, я поняла, что не смогу: это надо было бы прожить еще одну жизнь.

Мои кумиры

– Элеонора Валериановна, вам приходилось встречаться со звездами музыкального Олимпа, причем первой величины.

– Иных из них впору назвать не звездами – галактиками. Я горжусь, что судьба свела меня с тремя великими артистками – Майей Плисецкой, Аллой Баяновой и Ириной Архиповой. С Плисецкой у меня было несколько встреч вне телевидения; я вела ее творческий вечер. Меня поражало, как Майя Михайловна в расцвете своего таланта и с ее сильным характером могла оказаться бессильной перед произволом чиновников. За председателем Гостелерадио Сергеем Лапиным, признаться, водился грех антисемитизма. И Плисецкая, как дитя, плакала мне в трубку, что ее вырезают из всех телепрограмм. «Майя Михайловна, вы же мировая величина! Ну попробуйте записаться к нему на прием и пригласите на свой спектакль», – в растерянности предложила я. Представляете, она так и сделала – и помогло! Алла Баянова впервые появилась на советском телевидении именно в «Музыкальном киоске». Несколько лет назад состоялся концерт в Доме ученых, который я вела, и участвовала в нем Алла Николаевна. Она была уже в почтенном возрасте, однако выглядела безупречно. А когда вышла на сцену, меня удивило владение голосом, почтенное, очень мягкое отношение к публике. И обаяние личности. Судьба кидала ее по странам, пришлось с 13 лет зарабатывать деньги. В Москву приехала с одним чемоданчиком. И тем не менее сохранила и голос, и оптимизм, и желание жить и творить. Ирина Константиновна Архипова. Вот уж несказанная радость была в течение ряда лет проводить с нею несколько дней на Селигере! Это поистине великая певица и великий мастер. Как ответственно она относилась к Божьему дарованию – голосу! Очень скрупулезно относилась ко всему, что касается творчества: подбор музыкальной основы, текстов, сценического костюма. Столь же ответственно Ирина Константиновна выполняла свою просветительскую миссию, осуществляла деятельность по воспитанию нового поколения певцов. До сих пор, хотя уже второй сезон пустует ее кресло на «Музыкальных вечерах», музыканты чувствуют ее незримое присутствие в зале, и это не позволяет понижать планку исполнения. Ирина Архипова была пристрастна – от замечаний во время концерта до запрета певцам купаться до выступления; «разбор полетов» проходил очень придирчиво. Однако обижаться на нее было невозможно – ее жесткие требования строились на любви и высокой ответственности перед зрителями, да и за судьбу конкретного молодого таланта тоже.

– Вас она тоже, бывало, приструнивала. Это не ранило?

– Я первое время ее очень боялась, ведь попала на ваш фестиваль, скажем так, в обход ее мнения, по приглашению Раисы Николаевны Рузавиной. Ирина Константиновна воспринимала меня как телеведущую, блондинку из «Киоска». И очень удивилась, когда спустя некоторое время узнала о моей профессиональной музыкальной подготовке. Первые два года я уходила в лес и плакала… А потом заслужила несколько комплиментов от великой певицы за удачно проведенные концерты, свыклась с ее критериями. Ну а что иногда одергивала во время концерта, так всякое бывает; иногда и вправду от волнения «несло». Повторяю: общение с Архиповой – подарок и большой урок.

Четырнадцать Селигеров

– Из 24 музыкальных сезонов на Селигере четырнадцать с вашим конферансом (и Святослава Бэлзы, который вас менял). Что наиболее запомнилось?

– Неужели четырнадцать? Я бы не стала выделять что-то особенное среди «лет» – в каждом фестивальном сезоне один-два концерта были совершенно потрясающими. Разве не откровением стала встреча, уже не первая для осташковской публики, с виолончелистом Кириллом Родиным? А знакомство с Еленой Зарембой? Это певица мирового уровня, только перечисление площадок, где она выступала и имела успех, только имена ее партнеров по сцене занимают не одну страницу. А в России ее практически не знают. Так что Осташкову несказанно повезло. Осташковские корни Беляевых .

– Элеонора Валериановна, признайтесь: вам же приходилось бывать в Петрикове?

– Это мы переходим к личной жизни, так? Конечно, бывала. Впервые приехала в деревню Петриково Осташковского района более 50 лет назад. Моим первым мужем был уроженец этих мест Анатолий Беляев, музыкант, ныне известный баянист, народный артист. Поженились и поехали на родину мужа. Ехали пыльным проселком. Деревня была большой, всем было интересно взглянуть на молодую жену односельчанина. Ездили на озеро, ловили рыбу. Озеро Сиг мне казалось огромным, вроде даже противоположного берега не видно. А какая рыбалка там! Потом был престольный праздник. Как на Руси бывает, после застолья мужики пошли стенка на стенку. Так нас с Толей прятали в избе – не дай Бог что… Брак с Беляевым не сложился, после него было еще два мужа, и тоже Анатолии. Но фамилию оставила осташковскую, и дочь единственная Мария – тоже наполовину ваша землячка. С Анатолием Владимировичем у меня сейчас нормальные отношения. Маша иногда приезжает к отцу сюда, в Петриково.

– Как складывается сегодня ваша жизнь? Помимо селигерских фестивалей есть какие-то творческие проекты?

– Жизнь как жизнь любой дамы пенсионного возраста. Рада, что нужна своим близким людям – дочери Маше и внучке Насте (она, кстати, замужняя дама и живет отдельно). Обе они избрали свой путь: дочь – дизайнер, внучка работает стилистом после окончания театрального колледжа. Готовлю обеды, хожу на рынок. Подруге помогаю, которая придумала под старость сменить Москву на жизнь в деревне. Читаю, слушаю музыку, причем непременно пластинки. Творческих предложений не так и много, да я за этим и не гонюсь. Веду ежегодный концерт великолепного музыканта Александра Бисерова. Еще есть благотворительные концерты для больных детей – им также нужны музыка и тактичный экскурс для ее восприятия.

– Благодарю вас за беседу, Элеонора Валериановна! Следующий фестиваль юбилейный – 25-й! От него будем ждать приятных сюрпризов и встреч с уже полюбившимися исполнителями. И конечно, с вами.

– Спасибо и вам, и всем осташам за внимание, радушный прием, теплое отношение публики. Будем жить надеждой!

Наталья Николаева, 11 февраля, "Тверская Жизнь"