Колубович Александр Евгеньевич
Колубович Александр Евгеньевич
28.04.1863 — 08.06.2012
Егор, сын: Он был для меня одновременно прекрасным отцом и моим самым лучшим другом . Он был очень разносторонне развитым человеком , удивительно добрым и умным. Он с детства увлекался ушу ,историей Белоруссии , кулинарией .Очень любил животных .

Колубович Александр Евгеньевич — Биография

В ноябре 1979 года в Минске открылась первая в Беларуси экспериментальная школа каратэ. Сотни мальчишек, за день до этого сдававшие экзамены по физподготовке, осаждали ее двери с шести утра. Среди этой толпы, выдавившей в момент открытия клуба две витрины в ближайших магазинах, был и 16-летний Саша Колубович.

Ему сообщили, что в число 60 счастливчиков он не прошел по конкурсу. И тогда будущий представитель Международной федерации Шаолиньских боевых искусств в Беларуси заявил, что он не уйдет до тех пор, пока его не запишут в школу. Через несколько часов его все-таки записали.

Наверное, это был тот самый поворотный момент, который бывает в жизни многих людей. Вся жизнь Александра Колубовича была отдана боевым искусствам. Значительно позже, при посвящении в традицию Шаолиньского ушу, он получил имя Синкэ. Грузный, похожий на медведя, он и сейчас двигается с удивительной мягкостью и быстротой. Гасит свечу выбросом энергии ци из неподвижной ладони, гнет нож, уперев его острым кончиком в ямку под горлом.

– Я начал заниматься единоборствами в 10 лет, – рассказывает Александр КОЛУБОВИЧ. – Это было в 1973 году, когда отец отвел меня в секцию самбо. Года через три я ушел оттуда, некоторое время занимался боксом, потом услышал про каратэ. В конце 70-х в поисках учителя я облазал пол-Минска, все подвалы и чердаки. Ведь долгое время до этого в Советском союзе боевые искусства были запрещены: если ты занимаешься чем-то подобным – значит, враг народа. Потом была школа каратэ. И уже в 1980 году я впервые услышал о Брюсе Ли и о том, что он занимается именно кунфу – китайским боевым искусством.

– Кстати, давайте сразу разберемся в «страшных названиях»: кунфу и ушу – это одно и то же?

– Нет. Ушу – это название собственно боевого искусства. А кунфу (правильнее – гунфу) обозначает дословно «достижение мастерства в чем-либо», например, в медицине, поэзии, ушу. Слово кунфу как синоним ушу было распространено в южном Китае в начале XX века и через китайских эмигрантов, а затем из книг и фильмов Запада пришло к нам. Однако правильнее говорить – ушу. Это слово используется в большинстве официальных названий институтов и федераций. Представление об ушу как боевом искусстве сформировалось в знаменитом Шаолиньском монастыре. Основателем шаолиньского ушу считают чань-буддистского патриарха Дамо (Бодхидхарма) (VI век н.э). Однако ушу включает не только комплексы приемов кулачного боя и боя с разнообразным оружием. Это и оздоровительная гимнастика, и работа с энергией человека ци, и другие практики самосовершенствования.

– Какие стили ушу считаются лучшими? Можно ли сказать, что какой-то из них более эффективен?

– Лучших и худших нет. Важно, кто тебя учит и чему ты способен научиться.

– И как вы пришли к этой культуре?

– После службы в армии я нашел себе в Минске тренера по ушу. Он был белорус, научился многим приемам от приезжих вьетнамцев. Я занимался у него года три, потом познакомился с китайцами. Простейшие комплексы ушу/кунфу знает пол-Китая: это у них входит в систему физкультурной подготовки в школе. В 1987 году я познакомился с Алексеем Александровичем Масловым, будущим главой Международной федерации Шаолиньских боевых искусств.

В 1988 году в Киеве, а позже в подмосковном Загорске, прошли съезды ушуистов из разных республик Союза. В каком-то ДК мы проводили показательные выступления, на которые даже продавались билеты для зрителей. Забавно вспоминать, что «вторым отделением» программы было выступление молодого и малоизвестного тогда Кашпировского…

В 1989 году в Минск по частному приглашению ко мне и моему товарищу приехал преподаватель ушу из Шанхая. Это был очень пожилой мастер, обучавшийся за всю свою жизнь у 5 учителей, чемпион мира по жесткому и легкому цигун. Не только он, но и его предки были известными мастерами ушу в Китае. Он приехал к нам от ассоциации ушу «Янцзы цзян», и мы с моим товарищем выплачивали этой ассоциации огромные по тем временам деньги.

На родине у него была большая школа – около 300 учеников. Некоторые из них достигли большого успеха – одни снимались в кино, другие тренировали за границей команды ушуистов. Но среди этих трехсот своими личными, близкими учениками он считал лишь 15 человек. Мы стали его последними учениками – 16-м и 17-м.

Он жил у нас в Минске 9 месяцев в год, а на 3 месяца уезжал в Китай. Сначала мы общались при помощи русско-китайского и китайско-русского разговорника. Затем обратились к знакомому переводчику. Вскоре мы стали необыкновенно хорошо друг друга понимать, и иногда я даже объяснял переводчику, что хотел сказать мастер.

Первое время мы жили за городом в Боровлянах. Я готовил мастеру еду, был не только учеником, но и личным поваром. Он вместе со мной колол дрова и топил печку. Потом переехали в Минск.

Вскоре после приезда мастер спросил: как тебя учить – на современный лад или по-старому? Я ответил – учите меня так, как учили вас. А мастер прошел суровую школу обучения в старой традиции... Через день он вырезал себе огромную суковатую палку. С тех пор она часто «помогала» мне более правильно и усердно выполнять упражнения.

Занятия начинались в 5 утра и длились до 12 дня. И не дай Бог опоздать – никакие оправдания не принимались. Перед занятиями мы с учителем завтракали: некоторые комплексы ушу, особенно гимнастики цигун, нельзя выполнять на пустой желудок – можно просто «сжечь» его. Легкий завтрак – и вперед… Гимнастические комплексы, боевые комплексы для кулачных по­единков, поединков с коротким оружием и длинным оружием.

– Трудно было?

– Иногда очень. Было такое упражнение «Лоханьгун» из раздела «железная рубашка»: оно делает тело нечувствительным к ударам. Я принимал низкие боевые стойки и выполнял дыхательные упражнения. А мастер брал палку и «обстукивал», отбивал до синяков каждый сантиметр моего тела. В первый раз все тело покрылось не то что синяками – огромными вспухшими кровоподтеками. Я ночью не мог найти такое положение, чтобы было не больно лежать. А наутро приходилось становиться в те же стойки: и удары приходились по тем же синякам. Я, бывало, не мог сдержаться – орал: «Ах ты, старый садист!» – если не что-нибудь похуже. Хорошо, что мастер почти не понимал русского языка – он умиротворенно улыбался, говорил: «Да-да-да, хоросе-хоросе» – и продолжал…

Очень быстро я стал получать заметные результаты. Уже через месяц занятий я впервые разбил ребром ладони кирпич. Через неделю мастер, улыбнувшись, поставил передо мной два кирпича… Еще через несколько месяцев я уже мог согнуть копье, уперев его наконечником в ямку под горлом.

На первом чемпионате БССР по ушу я занял первые места в 5 номинациях, а в шестой – второе. Причина была совершенно анекдотическая – этой шестой номинацией были упражнения с мечом-цзянь. Когда я уже закончил выполнять боевые комплексы и ждал решения судей, прямо на их глазах с рукояти меча отвалилась кисть-украшение. За это мне сняли несколько баллов – и я стал вторым.

В 90-х одно время у меня был спонсор: я арендовал для своих занятий несколько спортивных залов. Самых способных ребят наш клуб даже освобождал от оплаты. Более того, мы платили им небольшую «стипендию», чтобы они могли, например, нормально питаться.

Потом в моей жизни произошло несколько неприятных событий. Мастер уехал в Китай, и спустя некоторое время я узнал, что он умер. Дела моего спонсора тоже пошли не очень хорошо – и я потерял тренировочную базу. Получилось, что я не закончил обучение, а на определенном уровне это уже начинает негативно сказываться на здоровье. Поэтому я обратился к знакомым в Москве. После встречи и беседы с Алексеем Александровичем Масловым я вступил в федерацию Шаолиньских боевых искусств. К этому времени, в 1994-м году, Алексей Маслов уже был главой российского отделения Международной федерации Шаолиньских боевых искусств. И это не только первый россиянин, но и первый европеец, который стал монахом Шаолиньского монастыря.

В 2006 году в Москве меня посвятил в традицию шаолиньский наставник, старший монах Ши Дэцянь, который курирует российское отделение Международной федерации Шаолиньских боевых искусств. При посвящении я получил имя Синкэ. Син – стандартное имя 32-го поколения шаолиньских учеников (что-то вроде фамилии). Дословно оно обозначает «действие» или «следовать». «Кэ» – личное имя. Оно значит «урок», «занятие». То есть в целом имя указывает на способность овладевать знаниями. Надо учесть, что шаолиньское имя не столько отражает натуру человека, сколько является своеобразным «пожеланием»…

– С тех пор вы зарабатываете себе на жизнь только обучением ушу?

– Практически. Я вел кружки в различных учебных заведениях, давал и даю ученикам частные уроки. Хотел бы открыть свой спортивный клуб, однако часто возникают проблемы с арендой зала. Иногда это дорого, иногда руководство спорткомплексов просто «не хочет связываться», считая ушу чуть ли не сектой какой-то. Часто приходится сталкиваться с очень настороженным отношением к себе и своему делу. Сейчас у меня нет отдельного помещения для тренировок.

– Хватает на жизнь платы за частные уроки?

– Не всегда (улыбается). Когда мне не хватает денег, я подрабатываю на стройке. Благо, в юности закончил соответствующее профтехучилище. Так что не чураюсь физической работы – спокойно кладу кирпичи…

– У шаолиньской традиции есть две стороны – физическая и духовная. О физической вы рассказали много. А что с духовными достижениями? И какая сторона для вас важнее?

– Вообще-то, в шаолиньском ушу уделяется равное внимание духовному, интеллектуальному и физическому развитию человека, в их триединстве. Я, например, стараюсь не отвечать насилием на насилие, сохранять жизнь любым живым существам. Доходит до забавного – как-то после дождя по дороге на дачу собирал с проезжей части лягушек, чтобы их не раздавили машины. Жалко их было, как в детстве…

Хоть я и крещен в православии, однако разделяю многие принципы чань-буддизма. В чем-то христианство и чань-буддизм неплохо совмещаются. Особенно в основном принципе чань-буддизма – ненасилии, непричинении зла живому. Я научился лучше понимать себя, людей и мир. Занятия ушу помогли мне достичь гармонии с окружающим миром.

ЕСЛИ ВЫ РЕШИЛИ ЗАНЯТЬСЯ УШУ

Ушу – это больше, чем просто боевое искусство. Оно включает в себя оздоравливающую гимнастику, постановку правильного дыхания, работу с внутренней энергией человека ци, традиционную медицину, духовные практики… Если вам требуется в кратчайшие сроки научиться эффективно защищать себя – лучше обратиться в секцию рукопашного боя, самбо, бокса. Обучение там идет быстрее. Но если вы хотите серьезной работы над собой, то ушу может помочь вам не только в самообороне, но и в оздоровлении, достижении душевного спокойствия и гармонии с миром. Боевые навыки формируются медленнее, чем, например, в секции самбо, но зато совершенствоваться в ушу можно беспредельно.

КАК ПОДОБРАТЬ СЕБЕ КЛУБ УШУ

– Узнайте, состоит ли клуб, в который вы пришли, в какой-нибудь международной федерации. Как эта Федерация может влиять на преподавание в клубе, может ли она проверять и контролировать его качество? Одни из самых крупных и известных объединений – Международная федерация Шаолиньского ушу, Международная Федерация Шаолиньских боевых искусств.

– Не постесняйтесь спросить у руководителя, посвящен ли он в традицию, где и у кого он учился. Настоящий мастер НИКОГДА не станет оскорбляться на такие вопросы. Он с удовольствием покажет вам официальный диплом, назовет имя своего наставника. Если же вы видите, что он пытается уклониться от ответа, слышите фразы а-ля «Это большой секрет, я занимался в тайной школе ниндзя, и имя наставника не могу вам назвать» – из такого клуба надо сразу «делать ноги».

– В клубе должна существовать учебная программа по месяцам или годам обучения. Конечно, ушу следует обучаться всю жизнь. Однако не будет зазорным спросить, чему можно научиться в первый год или за ближайшие три года. Поинтересуйтесь, о чем рассказывает наставник на тренировках? Если говорит о том, что «мы лучшие», «единственные» и «самые правильные», – это очень нехороший признак. Настоящий мастер знает, что даже в рамках одной шаолиньской традиции есть разные равноценные направления. Поэтому представитель солидной школы не будет доказывать, что его направление – «единственно истинное» или «разоблачать» другие школы.

– Предоставляет ли клуб возможность поехать в Китай на стажировку? Проводятся ли совместные семинары с другими школами, где можно пообщаться и обменяться информацией? Закрытость школы, ее «секретность» – плохой показатель. Безусловно, в ушу есть много секретов, но сама школа «секретной» быть не может.

– Поговорите с учениками, оцените их психологический настрой. Если разговоры ведутся вокруг того, кто лучше или кто хуже, кто из мастеров «настоящий», а кто нет, то, скорее всего, люди склонны думать лишь о внешних факторах, не уделяют внимания своему внутреннему развитию. Прямая агрессивность любого из учеников однозначно плохо говорит о школе.

– Не считайте дороговизну занятий признаком сверхкачества в преподавании. Существуют блестящие школы, где преподавание вообще бесплатное (Федерация берет на себя расходы), и супердорогие клубы, которые занимаются откровенной чепухой.

ШКОЛЫ УШУ

Вокруг Шаолиньского монастыря в Китае «выросло» очень большое количество различных учебных заведений, школ и институтов самого различного масштаба. Все они называют себя «официальными» и выдают дипломы того или иного образца. Однако подавляющее большинство таких школ – частные, и за качеством преподавания там никто не следит. Монопольного права на названия «шаолиньское ушу» или «шаолиньское кунфу» нет ни у кого. Но по-настоящему крупных учебных заведений, официально зарегистрированных и поддерживаемых Шаолиньским монастырем, сегодня не так уж и много. Самые известные из них – Международный китайский институт ушу монастыря Шаолинь (президент – почетный настоятель Шаолиньсы Ши Суси, ректор – Ши Дэцянь), Институт шаолиньского кулачного искусства (почетный президент – Ши Юнсинь, старший тренер – Ши Госун), Научно-исследовательский институт шаолиньского ушу, Институт шаолиньского цюаньфа школа Тагоу, Институт ушу храма Ваньфосы. Если в предъявленном вам дипломе фигурирует одно из этих заведений – значит, его обладателю можно доверить свое драгоценное здоровье.

УШУ В БЕЛАРУСИ

На сегодняшний день в Беларуси работают несколько десятков мелких и крупных клубов ушу. Они принадлежат к различным направлениям – от традиционного до спортивного. Самая крупная организация, представляющая спортивное ушу, – Белорусская федерация ушу, которая входит в структуру Министерства спорта и туризма Республики Беларусь. На Олимпиаде-2008 в Пекине впервые в рамках Олимпийских игр будут проведены показательные соревнования по ушу. В качестве почетных гостей там будут присутствовать и белорусские ушуисты.

Владелец страницы: Егор.К.
Поделиться