Алкорн Лила
Алкорн Лила
15.11.1997 — 28.12.2014

Алкорн Лила — Биография

28 декабря 17-летняя американка, транс-девушка Лила Алкорн покончила с собой, бросившись под машину. Причиной депрессии и последовавшего самоубийства стало насилие родителей-христиан, христианская конверсионная терапия и недостаточное принятие со стороны друзей. ПРЕДСМЕРТНАЯ ЗАПИСКА Если вы это читаете, значит, я совершила самоубийство и, естественно, не удалила этот пост из предпубликации. Пожалуйста, не печальтесь, это к лучшему. Жизнь, которую я бы прожила, не стоила бы того, чтобы ее жить… потому что я трансгендер. Я могу начать подробно объяснять, почему я так чувствую, но эта записка и так будет длинной. Если коротко, я чувствую себя девочкой, заключенной в тело мальчика, и я чувствовала себя так с четырех лет. Я никогда не знала, что для этого есть слово, и никогда мальчик не мог стать девочкой, так что я ни с кем об этом не говорила и просто продолжала делать обычные “мальчуковые” вещи, пытаясь соответствовать. Когда мне было четырнадцать, я узнала, что означает “трансгендер”, и заплакала от счастья. После десяти лет раздрая мне наконец-то стало ясно, кто я. Я сразу же рассказала маме, и она отреагировала крайне негативно, сказала мне, что это пройдет, что я никогда не буду настоящей девочкой, что Бог не ошибается, что я неправа. Если вы, родители, это читаете, пожалуйста, не говорите такого своим детям. Даже если вы христиане или против трансгендерных людей, никогда не говорите такого никому, особенно вашим детям. Из этого не будет ничего, кроме того, что они себя возненавидят. Со мной произошло именно это. Мама начала водить меня к психотерапевту, но только к христианским психотерапевтам (которые все были очень предвзяты), так что у меня никогда не было терапии, которая мне была нужна, чтобы вылечить мою депрессию. Я только больше слушала христиан, которые мне рассказывали, что я эгоистичен, неправ и должен обратиться за помощью к Господу. Когда мне было шестнадцать, я поняла, что мои родители никогда не изменят свое мнение, что мне нужно подождать до восемнадцати, чтобы начать коррекционное лечение, и это абсолютно сломало меня. Чем дольше ждешь, тем сложнее совершать переход. Я чувствовала безнадежность из-за того, что я до конца своих дней буду выглядеть просто как переодетый в женщину мужчина. В свой шестнадцатый день рождения, когда я не получила согласия на переход от родителей, я рыдала, пока меня не сморил сон. Я выработала отношение к родителям типа “да пошли нахуй” и сделала в школе каминг-аут как гей, думая, что если я буду открываться как транс потихоньку, это будет меньшим шоком. Друзья приняли меня положительно, а родители разозлились. Им казалось, будто я порчу впечатление о них, моя личность их смущала. Они хотели бы, чтобы я был идеальным маленьким гетеросексуальным христианским мальчиком, а я, естественно, хотела не этого. Так что они забрали меня из школы, отобрали у меня ноутбук и телефон и запретили мне доступ к любым соцсетям, полностью изолировав меня от друзей. В этот период жизни я чувствовала себя подавленно как никогда, кажется, раньше, и удивительно, что я не покончила с собой. Пять месяцев я была совсем одна. Ни друзей, ни поддержки, ни любви. Только разочарование родителей и жестокое одиночество. В конце учебного года мои родители наконец опомнились, отдали мне телефон и пустили меня обратно в соцсети. Я оживилась – наконец-то я вернула себе друзей. Они были ужасно рады видеть меня и общаться со мной, но лишь поначалу. Потом они поняли, что им на самом деле было на меня по барабану, и мне стало еще более одиноко, чем раньше. Единственным друзьям, которые, как я думаю, у меня были, я нравилась только потому, что они видели меня пять раз в неделю. После того, как целое лето у меня почти не было друзей, плюс мне надо было думать о колледже, откладывать деньги на переезд, думать о хороших оценках, каждую неделю ходить в церковь и чувствовать себя говном, потому что все вокруг противятся тому, ради чего я живу, я решила, что с меня хватит. Я никогда не сделаю успешный переход, даже когда съеду от родителей. Я никогда не буду рада тому, как выгляжу и звучу. У меня никогда не будет достаточно друзей. У меня никогда не будет достаточно любви. Я никогда не найду мужчину, который меня полюбит. Я никогда не буду счастлива. Я буду жить либо жизнью одинокого мужчины, который будет мечтать стать женщиной, либо жизнью еще более одинокой женщины, которая себя ненавидит. Победы не будет. Выхода нет. Мне уже достаточно грустно, и не нужно ухудшать свою жизнь еще больше. Люди говорят, что “станет лучше”, но не в моем случае. Становится хуже. С каждым днем мне становится хуже. Дело именно в этом, и именно поэтому я собираюсь покончить с собой. Простите, если это недостаточно серьезная причина для вас, для меня-то она достаточно серьезна. Я хочу, чтобы все мое законное имущество было продано, а деньги (и те, которые в банке, тоже) были переданы движениям, которые защищают права транс-людей, и их группам поддержки, похер, каким конкретно. Я буду покоиться с миром только в том случае, если когда-нибудь к трансгендерам будут относиться не как ко мне, а как к людям, признавая их чувства и права человека. Гендерную грамотность нужно преподавать в школах, и чем раньше, тем лучше. Моя смерть должна что-то значить. Моя смерть должна быть учтена в числе смертей трансгендерных людей, которые покончили с собой в этом году. Я хочу, чтобы кто-то посмотрел на это число, сказал “пиздец” и что-то с этим сделал. Сделайте что-то с обществом. Пожалуйста. Прощайте, (Лила) Джош Алкорн
Владелец страницы: Алекса
Поделиться