Ирецкая-Ацкери Наталья Константиновна
Ирецкая-Ацкери Наталья Константиновна
04.04.1874 — 03.07.1940

Ирецкая-Ацкери Наталья Константиновна — Биография

Ната́лья  Константи́новна Ире́цкая-Акце́ри (23. 03. (4. 04). 1874 (по другим данным 1879), Баку — 3. 07.  1940,  Рига) —  оперная и камерная певица (лирико-колоратурное сопрано) и вокальный педагог.

В 1889 году Константин Александрович Ирецкий отправил  дочь Наталью  учиться в Петербург, под присмотр к своей сестре, известной певице и педагогу консерватории, Наталье Александровне Ирецкой. Поскольку ещё дома, в Баку, где она родилась и выросла, Наталья-младшая проявила прекрасные способности и тягу к музыке, то ехала она в российскую столицу учиться именно музыке. Поступила в Петербургскую консерваторию, в класс фортепиано профессора Софьи Александровны Малоземовой, одновременно занималась и в классе пения у тётушки.

Окончив курс консерватории в 1900 году, молодая певица уехала в Милан, где в течение трёх лет совершенствовалась в искусстве пения у непревзойдённой Дезире Арто (в 1900—1903 годах).

По возвращении в Россию Наталья Константиновна была принята в труппу Московского Большого театра. Её дебютом в этом театре  стала партия Джульетты  в опере «Ромео и Джульетта»  Гуно, но уже в следующем сезоне она стала солисткой  петербургского театра  «Новая опера».

Партии: Людмила («Руслан и Людмила» Глинки), Марфа и Снегурочка  («Царская невеста» и «Снегурочка» Римского-Корсакова); Розина («Севильский цирюльник» Россини), Джильда   («Риголетто» Верди),  Деспина («Так поступают все женщины» Моцарта), Церлина («Фра-Дьяволо, или Гостиница в Террачине» Обера), Мюзетта («Богема» Пуччини), Лакме (одноимённая опера Делиба),  Манон (одноимённая опера Мюссе), Микаэла («Кармен» Бизе),  Маргарита Валуа,  Филина.

Среди её партнёров по сцене — выдающиеся певцы того времени О. Камионский, Н. Фигнер, М. Долина, К. Дорлиак, Н. Кедров, М. Чупрынников.

Прекрасный голос, великолепная школа и продуманная сценическая игра певицы помогли ей снискать значительный успех в среде петербургских меломанов. Её музыкальные интересы были обширны, и, кроме оперной музыки, она великолепно исполняла и камерные сочинения. В камерных концертах выступала с произведениями И. С. Баха, Ф. Листа, М. Мошковского, И. Брамса.

Две знаменитые Натальи, под одной и той же фамилией, хоть и из разных поколений, но в одном и том же городе, как дать понять широкой публике, о ком из них в конкретной ситуации идёт речь? Был найден простой и остроумный выход: Наталья Александровна по-прежнему оставалась Ирецкой, а Наталья Константиновна к основной фамилии прибавила анаграмму, и стала Ирецкой-Акцери.

Авторитет Н. Ирецкой-Акцери был очень высок и в артистической и педагогической среде. Не случайно в 1910 году она была приглашена в Петербургскую  консерваторию, где работала в течение 13 лет (с 1910 по 1923 годы): сначала была преподавателем, с 1913 года стала старшим преподавателем, а в 1917 году была избрана профессором консерватории. Её профессионализм высоко ценил директор — Александр Глазунов. По его просьбе Ирецкая-Акцери стала автором  и разработчиком программы вокального образования в консерваториях СССР. По окончанию этой работы осенью 1923 года профессор испросила 8-месячный отпуск, фактически на один учебный год, и уехала за границу, как объясняла, для лечения. В Петроград она больше не вернулась, направилась во Францию, сделав неудачную попытку  устроиться на работу в Парижской Русской консерватории.

В конце 1924 года, по предложению своей бывшей ученицы по Петроградской консерватории, А. Вальман-Крумини, профессор Ирецкая-Акцери переехала в Ригу. При получении в Латвии удостоверения личности, она намеренно указала неверную дату рождения, а именно 1879 год, сделав себя моложе на 5 лет. Из архивных документов известно также, что через год, в декабре 1925 года, Н. Ирецкая вышла замуж. Об этой стороне её жизни ничего неизвестно. Те же архивные документы только сообщают, что Наталья Ирецкая и Эмилс Годиньш в 1932 году этот брак расторгли.

 В начале своей деятельности в Риге певица действительно преподавала в частной вокальной студии А. Вальман-Крумини, но эта работа не устраивала её по ряду причин.   Студия видела свою задачу в обучении вокалу широкого круга желающих, а профессор Ирецкая стремилась к подготовке будущих профессиональных певиц. Более близкой к её устремлениям оказалась педагогическая деятельность в Народной консерватории Елгавы, где ей, по её собственному утверждению, помогала её ученица с петербургских времён Нина Кариус которая и сама впоследствии стала замечательной певицей и педагогом. На непродолжительное время Н. К. Ирецкая приняла также  приглашение Эдуарда Смильгиса заняться постановкой голоса актёров Латышского художественного театра (Dailes teātris).

Через несколько лет Н. К. Ирецкая открыла в Риге собственную вокальную студию. Ежегодно её посещали 40-45 учениц. Эти цифры свидетельствуют и о популярности самого педагога и о моде на уроки пения в Риге в 1930-е годы, учитывая, что высокопрофессиональных педагогов в то время в городе было достаточно много. Педагогическая деятельность Н. К. Ирецкой в Риге была весьма заметна и значительна, так как она воспитывала, обучала пению молодых латвийских певиц, а также консультировала профессиональных артистов в период подготовки ими оперных партий и концертных программ. Среди учениц Н. К. Ирецкой в Латвии —  Херта Лусе, солистка Национальной Оперы;  Таисия Трифонова-Васькова, концертная певица и педагог.  

Школа Ирецкой имела свою эмблему —  летящие лебеди, которые несут нотную строку и надпись: “Concordia omnia facit”.

Ученицы получали два урока в неделю, каждый по 30 минут, так что график работы у профессора Ирецкой был достаточно напряжённым. Справедливости ради следует заметить, что профессор и в своей студии столкнулась всё с той же проблемой — право отбора учениц у неё было весьма ограниченным, ведь ей, как и всем, приходилось думать о заработках, а плата учениц за уроки со временем стала её единственным источником дохода.

За годы педагогической работы Н. К. Ирецкая выработала чёткие принципы обучения, от которых не отступала никогда: она добивалась ровности в пении и свободы в голосе; досконально прорабатывала ритмическую и динамическую стороны исполнения, доводя их до совершенства; добивалась чёткой ясной дикции на всех языках исполнения; очень внимательно относилась к подбору исполняемых произведений. Именно поэтому, из года в год, после отчетных концертов учениц школы Ирецкой, независимо от степени одарённости учениц, критики отмечали у них хорошую профессиональную выучку. В работе ей помогали высокопрофессиональные и терпеливые концертмейстеры — пианисты Я. Сухов и Б. Демант.

Н. К. Ирецкая была похоронена на Покровском кладбище. Спустя полгода, 5 января 1941 года, силами её коллег и бывших учеников, в консерватории состоялся концерт памяти замечательной русской певицы и педагога.