Морозов Юрий Васильевич
Морозов Юрий Васильевич
06.03.1948 — 23.02.2006

Морозов Юрий Васильевич — Биография

Ю́рий Васи́льевич Моро́зов (6 марта 1948, Белогорск, Крымская область, СССР — 23 февраля 2006, Санкт-Петербург, Россия) — советский и российский рок-музыкант, мультиинструменталист, звукорежиссёр, писатель.

Известен многочисленными студийными работами, охватывающими чуть ли не весь спектр рок, фолк, инструментальной музыки, а также, как первопроходец в исполнении религиозного рока.

Разносторонний музыкант, автор песен, певец, звукорежиссёр, продюсер, а в последние годы ещё и литератор из Петербурга Юрий Морозов занимает в панораме рока последних трёх десятилетий особое место: хотя он известен, прежде всего, своими многочисленными и разноплановыми альбомами, охватывающими едва ли не весь спектр музыкальных направлений и жанров современной музыки, а также не менее впечатляющим списком звукорежиссёрских работ, едва ли не самым важным в его биографии является то, что Морозов (наряду с Андреем Тропилло) самым первым в нашей стране подошёл к звукозаписи не как к процессу механической фиксации концертного звучания, а как к самоценному творческому акту, а к альбому — не как к случайному набору песен, а как к законченному художественному продукту.

Юрий Морозов родился 6 марта 1948 в Белогорске Крымской области, позднее переехал в Орджоникидзе (ныне Владикавказ). Увлёкся рок-музыкой ещё школьником. После школы Морозов поступил в Северо-Кавказский Горный Техникум, а в 1968 стал студентом-вечерником одноименного института всё в том же Орджоникидзе. Осенью 1969 Юрий Морозов организовал свою первую группу Босяки, которая помимо неизбежных кавер-версий западных стандартов исполняла несколько его песен, во многом инспирированных гармоническим языком The Beatles.

Уже в то время Морозов прилежно фиксировал на плёнке результаты своих музыкальных опытов, что впоследствии стало одним из основных приёмов его художественного метода.

В 1971 Морозов переехал в Ленинград, где поступил на вечернее отделение местного Политеха и собственными руками собрал домашнюю студию, в которой начал экспериментировать с записью наложениями, а затем и многоканальной техникой, использованием конкретной музыки и т. п., как правило, исполняя все инструментальные и вокальные партии сам. Осенью 1972 он был принят на работу инженером Ленинградской Студии Грамзаписи, где (с перерывом на год армейской службы в 1974—1975) трудился долгие годы.

Возможность иногда использовать профессиональное студийное оборудование позволило музыканту привести в должный вид и сохранить для истории свои ранние пробы и концертные записи, составившие «доисторический» раздел его дискографии: «Ретроскоп» (1968—1971), «Апокрифы» (1972—1973) и «Босяки» (1971) — запись выступления его северокавказской группы.

Начиная с 1973, когда он записал психоделический альбом «Вишнёвый сад Джими Хендрикса», работы Морозова встречали широкий отклик в музыкальной среде, и он мало-помалу начал сотрудничать с другими питерскими группами и исполнителями (в частности, с Юрием Берендюковым, ныне ЯБЛОКО), а затем и выступать. В 1975—1976 он недолго играл в финальном составе популярной арт/джаз-роковой группы НУ ПОГОДИ! (Геннадий Анисимов, клавишные, вокал, Михаил Кудрявцев, бас, Геннадий Буганов, барабаны, Владимир Ермаков, вокал) — их концертные записи составили морозовский альбом «Группа Памяти Михаила Кудрявцева» — весной 1976 пробовал объединиться с Кудрявцевым и барабанщиком Игорем Голубевым (позже ДЖОНАТАН ЛИВИНГСТОН), а весной 1977 собрал эфемерное трио, в которое вошли тот же Кудрявцев и барабанщик Сергей Петров (экс-МИФЫ).

Увы, после первого и единственного концерта трио («Session’77») Морозов, убедившись в невозможности воплотить на сцене свои студийные идеи ввиду более чем скромного технического оснащения подпольных концертов, надолго охладел к живому звуку и вновь укрылся за капитальными стенами Капеллы, время от времени интригуя слушателей своими новыми работами, обращаясь то к философским учениям древней Индии («Брахма Астра», 1979), то к культуре средневекового Китая («Китайская поэзия», 1980), то к своеобразно интерпретируемым библейским сюжетам («Евангелие от Матфея», 1980) или к русскому фольклору («Три русских песни», 1980) — что, кстати, привело его к многолетнему сотрудничеству с фолк-рок группой ЯБЛОКО, которая в разное время записала ряд его песен, а Марина Капуро, в свою очередь, пела на некоторых альбомах Морозова.

Хотя основную массу инструментальных партий Морозов, как правило, играл сам, в его записях в разное время участвовали Михаил Кудрявцев, Владимир Ермаков, гитара, звукорежиссёр «Мелодии» Виктор Динов, клавишные, Сергей Лудинов, скрипка, Виктор Христосов, альт, Сергей Лузин, гармоника, флейта, Леонид Эсельсон (экс-НУ ПОГОДИ!), флейта, барабанщики Игорь Кучеров (НУ ПОГОДИ!), Евгений Павлов (БАРОККО, РОССИЯНЕ), Юрий Николаев (ТРИЛИСТНИК), Владимир Яковлев и т. д.

Его записи расходились по стране в тысячах копий: иногда с художественным оформлением, автором которого была, как правило, жена музыканта, Нина Морозова. (Некоторые из её иллюстраций впоследствии были воспроизведены при переизданиях морозовских архивов на пластинках и компакт-дисках.) Музыкальные эксперименты и духовные искания середины 70-х сделали Юрия Морозова одной из наиболее ярких и влиятельных фигур питерской рок-сцены этого десятилетия. Не будет преувеличением сказать, что до возникновения Рок-клуба, студии «АнТроп» (создатель которой, Андрей Тропилло, испытал сильное влияние идей Морозова) и нововолновой генерации питерских групп, он был непререкаемым авторитетом для музыкантов, по меньшей мере, двух поколений, а его тогдашнее творчество, не знавшее никаких табу, жанровых или идеологических ограничений, во-многом, предвосхитило феномен всей магнитофонной культуры и предопределило некоторые тенденции её развития в 80-х. Сам Морозов в начале 80-х оказался вне музыкального контекста, а за его новыми работами следили, скорее, старые поклонники и специалисты, нежели широкая публика.

Мне всегда нравился имидж загадочного музыканта. Я, собственно, поэтому и «тырился» всю жизнь, не выходил на большую сцену.

— Юрий Морозов

Осенью 1981, после того, как в его репертуаре появился большой песенный цикл, пронизанный христианскими мотивами, Юрий Морозов задумал исполнить его на сцене, для чего собрал трио, в которое вошёл его старый соратник, бас-гитарист Михаил Кудрявцев и барабанщик Сергей Завьялов (экс-РОССИЯНЕ, САША-218), однако, прорепетировав всю зиму, они расстались, а Завьялов вскоре собрал свою хард-рок группу Плюмбум.

В мае 1987, после десятилетней паузы, Морозов вернулся на сцену и дал концерт на устроенном Тропилло видеофестивале «Рок-Нива-87» в сопровождении молодой группы Почта, а после того, как на следующий год началось его плодотворное сотрудничество с группой ДДТ (он записал, по меньшей мере, три их альбома), полтора года гастролировал по всей стране и выступил на VI Фестивале Рок-клуба (1988) в сопровождении их ритм-секции (Вадим Курылёв — бас и Игорь Доценко — барабаны), а иногда и клавишника Андрея Муратова. Кроме того, в этот период Морозов стал одним из героев фильма Петра Солдатенкова «Игра с неизвестным» (1987).

В 1988 году питерская «Мелодия» издала первую пластинку своего звукорежиссёра «Представление», которая представляла собой ретроспективу его работ 80-х и открыла очередную страницу в дискографии Морозова. По его собственным воспоминаниям, консервативный советский худсовет сопротивлялся до конца, и только участие в паре песен Марины Капуро склонило стрелку весов в его пользу. В начале 90-х свет увидели ещё шесть виниловых дисков музыканта.

В сентябре 1989 Морозов организовал новую группу — ОГПУ им. Ю.Морозова в составе: Александр Бровко, гитара, Виктор Михеев, ак.гитара, бас, вокал, Дмитрий «Фифа» Ермаков (экс-Фокс-Бокс и т. п.), клавишные и Сергей Агапов (экс-Буратино), барабаны. Они дебютировали 23 сентября на I Фестивале журнала «Аврора», а потом с различными вариантами состава гастролировали по стране (в том числе на фестивале «Бджола-90» в Днепропетровске) и выступали в Питере (Мемориал РОССИЯН в СКК, концерты в честь 50-летия Джона Леннона и 10-летия Рок-клуба, выставка «Реалии Русского Рока»). Финальная версия группы — Морозов, Бровко, гармоника, Наиль Кадыров (экс-Почта, ЗООПАРК), гитара, Николай Шандарчук (ПАУТИНА), бас, Катя Сидорова (экс-Ситуация, Время Любить), барабаны, выступила 9 ноября 1992 на битловском празднике «A Day In The Life», проводившемся Колей Васиным в «Юбилейном».

В дальнейшем Морозов, как и прежде, регулярно работал в студии, изредка играл акустическим дуэтом с Михеевым, а позднее с Бровко, однако, в 90-х его интересы начали всё больше смещаться в сторону литературы: ещё в 70-х он стал автором двух неопубликованных и навеянных, во-многом, личными жизненными впечатлениями романов. Позже его рассказы и повести входили в различные сборники и антологии, и даже печатались в журнале «Континент». В 1995 году в питерском издательстве Zero вышёл полуавтобиографический роман Морозова «Подземный блюз».

Морозов много и продуктивно занимался звукорежиссурой: помимо упомянутых выше DDT и ЯБЛОКА, его имя можно встретить на альбомах Александра Ляпина, Вадима Курылёва, групп Аквариум, Тамбурин, Август, Почта, Облачный Край, Статус, Дельта-Оператор и многих других. Особое место в этом списке занимают ЧИЖ & Co — во-многом, именно Юрию Морозову, который записал практически весь их студийный материал и обеспечивал качественный звук на многих концертах, группа обязана своим безупречным саундом. В 1997 Чиж и его группа, в свою очередь, приняли участие в записи очередного альбома Маэстро «Иллюзия» (изданного SoLyd Records) и в его презентации на сцене КЗ «Петербургский».

В 1995—2001 года вместе с Сергеем Чиграковым он участвует в записи трех альбомов духовных песен священника Олега Скобля — «Крест кованый», «Крестный ход» и «Ангел молитвы».

Начиная с осени 2000 записи Морозова (как архивные, так и появившиеся за последние годы), начали выходить под лейблом компании его старого коллеги и единомышленника Андрея Тропилло «АнТроп».

Дискография Морозова — тема для отдельного исследования: сохраняя свои записи на протяжении многих лет, музыкант нередко возвращался к своим старым записям, перерабатывая или дополняя их, поэтому как названия, так и содержание отдельных альбомов с годами могло меняться. К тому же, не связанный длительностью стандартного альбома, Морозов выпускал песенные или инструментальные циклы, ориентируясь сугубо на их художественную целостность, поэтому по стране они распространялись в различных формах и наборах. Помимо того, в эпоху эмбрионального капитализма конца 80-х свет увидело несколько компиляций его записей разных лет в различных форматах, иногда со сходным оформлением, но различным содержанием.

В марте 2005 Морозов закончил работу над очередным альбомом «Обнажённое чувство отсутствия», в записи которого участвовали музыканты групп Чиж & Co, Разные люди и т. д.

Умер 23 февраля 2006 года в Санкт-Петербурге. Похоронен на Серафимовском кладбище

Надо точно знать, кто кричит, что рок-н-ролл мертв. Обычно это кричат люди, далекие от рок-н-ролла, все эти тусовщики. Это брякнул по молодости Гребень, но он вообще не имеет к рок-н-роллу никакого отношения. Он не рок-н-ролльщик, а такой «человек-легенда». Я с ним сколько работал, а ни одной рок-н-ролльной вещи не слышал. Всё вымучивание каких-то непонятных композиций. Рок-н-ролл — это весело всегда, а не тоска. А когда на записи сидишь, и никто не знает, чего делать, как писать, зачем…

— Юрий Морозов

Владелец страницы: нет
Поделиться