Литвинов Максим Максимович
Литвинов Максим Максимович
17.07.1876 — 31.12.1951

Литвинов Максим Максимович — Биография

Макси́м Макси́мович Литви́нов (настоящее имя — Меер-Генох Моисеевич Ва́ллах (Баллах), псевдонимы: Папаша, Максимыч, Феликс и др.; 5 (17 июля) 1876 года, г. Белосток Гродненской губернии, Российская империя — 31 декабря 1951 года, Москва, СССР) — революционер, советский дипломат и государственный деятель.

Член ЦИК СССР 2—7 созывов, депутат Верховного Совета СССР 1—2 созывов. Член ЦК ВКП(б) (1934—1941).

Родился в семье еврейского торговца. Учился в хедере, а затем в реальном училище. Закончив в 1893 году учёбу в реальном училище, поступил вольноопределяющимся в армию, служил пять лет в Баку в составе 17-го Кавказского пехотного полка.

После демобилизации в 1898 году работал бухгалтером в городе Клинцы, затем управляющим на сахарном заводе в Киеве. В 1898 Литвинов стал членом РСДРП; в 1900 — член Киевского комитета РСДРП. Наладил подпольную типографию, в которой печатал революционные брошюры и листовки. В 1901 арестован, в 1902 — один из организаторов и участников побега 11 «искровцев» из Лукьяновской тюрьмы Киева.

Эмигрировал в Швейцарию. Участвовал в распространении газеты «Искра» как агент, ведающий транспортировкой газеты в Россию; член Администрации Заграничной лиги русской революционной социал-демократии. После 2-го съезда РСДРП (1903) вступил в ряды большевиков, хотя, по его признанию, личные симпатии связывали его тогда с оказавшимися в числе меньшевиков Л. Д. Троцким, П. Б. Аксельродом, В. И. Засулич, Ю. О. Мартовым.

Весной 1904 нелегально приехал в Россию, ездил по стране по партийным делам. Был членом Рижского, Северо-западного комитетов партии и Бюро комитетов большинства.

Делегат 3-го съезда РСДРП (1905); участвовал в организации первой легальной большевистской газеты «Новая жизнь» в Петербурге: отвечал за издательскую деятельность газеты, которую формально издавала М. Ф. Андреева, а руководил работой Максим Горький.

Издательство находилось в доме Лопатина; в ноябре — декабре 1905 года В. И. Ленин бывал в издательстве практически ежедневно.

Во время революции 1905—1907 годов Литвинов занимался закупкой и поставкой в Россию оружия для революционных организаций. Для этого он организовал в Париже специальное бюро с помощью Камо и нескольких других кавказских товарищей. Летом 1905 года на острове Нарген близ Ревеля Литвинов подготавил приёмку английского парохода John Grafton, доверху наполненного оружием и динамитом. Пароход не дошёл до места назначения, так как наскочил на мель. В 1906 году, закупив большую партию оружия для кавказских революционеров, Литвинов с помощью македонского революционера Наума Тюфекчиева доставил его в Болгарию в Варну. Для дальнейшей перевозки оружия по Чёрному морю на Кавказ Литвинов купил в Фиуме яхту. Однако отправленная Литвиновым яхта из-за шторма села на мель у румынского берега, команда разбежалась, а оружие было растащено румынскими рыбаками. Из-за крушения судов эти два случая стали известны, однако сколько кораблей с оружием дошло до места назначения остаётся тайной.

С 1907 жил в эмиграции. В 1907 был секретарем делегации РСДРП на международном социалистическом конгрессе в Штутгарте. В 1908 арестован во Франции в связи с делом о разбойном нападении в Тифлисе, совершённом Камо в 1907 (пытался разменять купюры, похищенные во время ограбления). Франция выслала Литвинова в Великобританию. В Лондоне он провёл десять лет.

При содействии директора лондонской библиотеки Чарльза Райта Литвинов получил работу в издательской компании «Уильямс анд Норгейт» (англ. Williams and Norgate). В 1912 году Литвинов жил в Лондоне в доме № 30 по Харрингтон-стрит. Был секретарём лондонской группы большевиков и секретарём Герценовского кружка.

В июне 1914 он стал представителем ЦК РСДРП в Международном социалистическом бюро. В феврале 1915 выступал от имени большевиков на международной социалистической конференции в Лондоне.

После Октябрьской революции

Революция застала М. М. Литвинова в Лондоне. С января по сентябрь 1918 года он являлся дипломатическим представителем Советской России в Великобритании (с января уполномоченный НКИД, с июня полпред РСФСР).

Первоначально Британское правительство не признало его полномочий официально, но поддерживало неофициальные контакты с Литвиновым, выделив для этого одного из чиновников МИДа Рекса Липера (Reginald Leeper), через которого Литвинов мог передавать Бальфуру всё, что сочтёт необходимым.

Когда в январе 1918 года английское правительство направило в Советскую Россию в качестве своего представителя Роберта Брюса Локкарта, он поспешил войти в контакт с Литвиновым и встретился с ним в ресторане. По просьбе их общего друга Ф. А. Ротштейна Литвинов написал для Локкарта рекомендательное письмо к Троцкому, которое гласило:

Товарищу Троцкому, народному комиссару иностранных дел. Дорогой товарищ, податель сего, мистер Локкарт отправляется в Россию с официальной миссией, с точным характером которой я мало знаком. Я знаю его лично как полностью честного человека, который понимает наше положение и симпатизирует нам. Я считаю его поездку в Россию полезной с точки зрения наших интересов… Ваш М. Литвинов.

Сам Литвинов вспоминал об этом периоде работы: «Каковы были мои отношения с английским правительством и английской общественностью? В этом отношении резко различаются два периода: до и после заключения Брестского мира. До заключения Брестского мира отношение ко мне официальной и неофициальной Англии было, учитывая время и обстоятельство, сравнительно благожелательно.»

Литвинов сделал попытку ликвидировать продолжавшее существовать в Лондоне старое русское посольство, возглавляемое К. Д. Набоковым, сотрудники которого не признали Советской власти и отказались работать с Троцким. Он направил к Набокову сотрудника с письмом, требуя передать ему Чешем-Хаус (здание посольства), но получил отказ.

6 сентября 1918 года Литвинова арестовали в ответ на арест в России английского дипломата Локкарта. Проведя 10 дней в Брикстонской тюрьме, Литвинов был освобождён, а через месяц страны организовали обмен этих дипломатов.

По возвращении в Россию в ноябре 1918 г. Литвинов был введён в состав коллегии Наркомата иностранных дел РСФСР. В декабре 1918 года по указанию Ленина он был командирован в Стокгольм, откуда пытался установить контакты с представителями Антанты, и в начале 1919 возвратился в Москву. В марте 1919 Литвинов участвовал в переговорах с приехавшим в Советскую Россию американским представителем Уильямом Буллитом. В ноябре 1919 Литвинов выехал в Копенгаген, где вёл переговоры с британским представителем О’Грэди, которые завершились 12 февраля 1920 подписанием британско-советского соглашения об обмене пленными. Нарком Чичерин высоко оценивал деятельность Литвинова в Копенгагене в 1920 году: «… он является единственным серьёзным политическим контролем над делегацией, и без него никакого контроля над ней не будет; вообще его пребывание за границей имеет для нас прямо-таки неоценимое значение, он один даёт нам постоянную замечательно проницательную информацию о каждом биении пульса мировой политики». Интересно, что когда в начале 1920 г. Литвинов был включён в состав советской торговой миссии, направлявшейся в Великобританию, он был признан «персоной нон грата» (нежелательным лицом) и в Лондон поехать не смог. В 1920 г. назначен полпредом РСФСР в Эстонии.

С 10 мая 1921 года по 1930 год — заместитель наркома по иностранным делам РСФСР (с 1923 г. — СССР) Г. В. Чичерина. Б. Г. Бажанов, бывший секретарём Политбюро ВКП(б) в 1920-х годах, вспоминал:

Первыми вопросами на каждом заседании Политбюро обычно идут вопросы Наркоминдела. Обычно присутствует нарком Чичерин и его заместитель Литвинов. … Чичерин и Литвинов ненавидят друг друга ярой ненавистью. Не проходит и месяца, чтобы я получил «строго секретно, только членам Политбюро» докладной записки и от одного, и от другого. Чичерин в этих записках жалуется, что Литвинов — совершенный хам и невежда, грубое и грязное животное, допускать которое к дипломатической работе является несомненной ошибкой. Литвинов пишет, что Чичерин — педераст, идиот и маньяк, ненормальный субъект, работающий только по ночам, чем дезорганизует работу наркомата; к этому Литвинов прибавляет живописные детали насчет того, что всю ночь у дверей кабинета Чичерина стоит на страже красноармеец из войск внутренней охраны ГПУ, которого начальство подбирает так, что за добродетель его можно не беспокоиться. Члены Политбюро читают эти записки, улыбаются, и дальше этого дело не идёт.

«Мои отношения с Литвиновым дошли до белого каления, между тем Политбюро им дорожит, и мне остаётся только просить о назначении меня на маленькую работу в провинции, лишь бы уйти от Литвинова» (Из письма Чичерина к Ворошилову в январе 1928 года).

По совместительству Литвинов был членом коллегии наркомата Госконтроля и заместителем председателя Главконцесскома. В 1922 году входил в состав советской делегации на Генуэзской конференции. В декабре 1922 председательствовал на конференции по разоружению в Москве, куда были приглашены Польша, Литва, Латвия, Эстония и Финляндия. В 1927—1930 гг. являлся главой советской делегации в подготовительной комиссии Лиги Наций по разоружению.

В 1930—1939 г. — нарком по иностранным делам СССР. Возглавлял советские делегации на конференции Лиги наций по разоружению (1932), на Мирной экономической конференции в Лондоне (1933), в 1934—1938 представлял СССР в Лиге Наций.

Я помню, как из старого состава ЦК подверглись критике Ежов, Литвинов и некоторые другие. Критика и ответ на критику носили чрезвычайно острый характер. Я думал, что Ежов действительно мощный человек, а на самом деле он оказался маленького роста, с довольно жалким лицом. Наоборот, Литвинов защищался, как лев, дело доходило до взаимных оскорблений. Его полемика с Молотовым носила явно враждебный характер.

Георгий Попов

В конце апреля (20—27) 1939 года в Кремле состоялось правительственное совещание с участием Сталина, Молотова, Литвинова, Майского, Мерекалова и др. «Тогда, как заметил Майский, в отношениях между Сталиным и Молотовым, с одной стороны, и Литвиновым с другой, уже существовала напряженность. В крайне возбуждённой атмосфере, в которой Сталин с трудом сохранял видимое спокойствие, <…> Молотов открыто обвинил Литвинова в политическом головотяпстве…». 3 мая, после доклада Сталину о последних событиях, связанных с англо-франко-советскими переговорами, отстранён от должности. Молотов обвинял бывшего наркома: "Литвинов не обеспечил проведения партийной линии в наркомате в вопросе о подборе и воспитании кадров, НКИД не был вполне большевистским, т. к. товарищ Литвинов держался за ряд чуждых и враждебных партии и советскому государству людей".

Ввиду серьёзного конфликта между председателем СНК тов. Молотовым и наркоминделом тов. Литвиновым, возникшего на почве нелояльного отношения тов. Литвинова к Совнаркому Союза ССР, тов. Литвинов обратился в ЦК с просьбой освободить его от обязанностей наркоминдела. ЦК ВКП(б) удовлетворил просьбу тов. Литвинова и освободил его от обязанностей наркома. Наркоминделом назначен по совместительству председатель СНК Союза ССР тов. Молотов.

С уходом в 1939 году с поста наркома прекратил активную политическую деятельность.

Лишь через много лет после войны, исследовав жизнь и судьбу Максима Максимовича Литвинова, проведя годы в архивах, опросив государственных деятелей, среди них Молотова, Микояна и дипломатов Майского, Рубинина, Аралова и других видных послов, я начал понимать, что, в сущности, происходило. <…> …готовился процесс против «врага народа» Максима Максимовича Литвинова. Берия на Лубянке пытал Евгения Александровича Гнедина, заведующего Отделом печати Наркоминдела. Из него выколачивали показания против Литвинова. <…> Но процесс всё откладывался. <…> Парадоксально, но факт: война спасла Литвинова.

Возвращён к работе с началом Великой Отечественной войны. На беседе у Сталина с Гопкинсом 31 июля Литвинов присутствовал в качестве переводчика.

В 1941—1946 годах заместитель наркома иностранных дел СССР, одновременно в 1941—1943 годах посол СССР в США и в 1942—1943 годах посланник СССР на Кубе. Известно, что перед отъездом из США Литвинов нанёс визит вице-госсекретарю США Самнеру Уэллзу (Sumner Welles), во время которого критиковал Сталина за непонимание Запада, советскую систему за негибкость, и особенно своего преемника на должности наркома иностранных дел Вячеслава Молотова. С 1946 года в отставке.

В конце 1951 года он перенёс очередной инфаркт и скончался 31 декабря. Его сын Михаил Литвинов рассказывал журналисту Леониду Млечину: «Отец последние месяцы лежал неподвижно, — после инфаркта рядом с ним неотлучно находилась медицинская сестра». Похоронен на Новодевичьем кладбище.

Владелец страницы: нет
Поделиться